Книга Рассказы, страница 278 – Ричард Мэтисон

— Еще совсем мальчишкой — восемнадцати-девятнадцати лет — меня приняли в одну чикагскую банду. — Он посмотрел на труп возле лестницы. — Симпсон тоже оттуда. Он всегда был горячим парнем, возможно чуточку сумасшедшим. — Дон снова уронил голову. — Однажды полиция села нам на хвост. — Он медленно, устало вздохнул. — Я испугался и сбежал. Ни о чем не задумываясь. Я был всего лишь мальчишкой, и я испугался. В общем, я сбежал.

Она смотрела на него и думала о том, как это странно: девять лет прожить с человеком, о котором ничего не знаешь.

— Дальше все просто, — продолжал Дон. — Я сменил фамилию и попробовал жить честной, достойной жизнью. Попробовал все забыть. — Он сокрушенно помотал головой и сглотнул. — Не знаю, как он меня нашел. Да теперь уже и не важно. Тебе стоит позвонить в полицию. Пока этого не сделал кто-нибудь другой.

Закончив накладывать бинт, Бетти встала и спустилась по ступенькам. Она старалась не смотреть на лежавшего внизу человека с кровавым пятном на груди.

— Полиция, — сказала она и в ожидании ответа оглянулась на бледное лицо Дона, следящего за ней в просвет между перилами. Он был похож на испуганного мальчишку, наказанного и сознающего, что заслужил это наказание.

— Тринадцатый участок, — ответил дежурный.

— Я хочу сообщить о стрельбе.

Дежурный записал адрес. Она опять посмотрела на смиренное лицо Дона.

— В наш дом ворвался какой-то человек… — начала объяснять она.

— Нет, — оборвал ее Дон. — Скажи им правду.

— Да, так все и было, — сказала Бетти в трубку. — Мы никогда прежде его не видели. Думаю, это был вор. В доме не горел свет. Мы смотрели телевизор. Думаю, он решил, что дома никого нет.

Дон обмяк и прикрыл глаза, и она попросила полицейского взять на вызов врача. Затем Бетти повесила трубку и посмотрела на Дона.

— Все в порядке, — пробормотал он.

Кровь уже пропитала бинт, Бетти зашла в гостиную, достала из шкафа чистое полотенце. Затем вернулась, села рядом с мужем, приложила полотенце к раненому плечу и держала, пока кровь не остановилась. Затем поднялась в спальню и покачала Билли на руках.

А внизу Дон терпеливо дожидался, когда приедет полиция и заберет труп.

Перевод: Сергей Удалин

Холлистер стоял на балконе за дверью, наблюдая, как они занимаются любовью. Его дыхание вырывалось в темноту облачками белого пара. Пальцы рук в серых перчатках непрерывно сжимались, чтобы поддержать кровоток. Ночной воздух, казалось, насквозь пронзает плоть и языками тумана расползается по костям.

А в спальне Рекс Чаппел лежат на кровати со своей женой. На Рексе были лишь штаны от пижамы, на Аманде — прозрачная черная ночная рубашка. У Холлистера комок застрял в горле, когда он увидел, как ее тело отвечает на ласки мужа. Он стиснул зубы, лицо, скрытое тенью фетровой шляпы, побелело. «Уже недолго осталось», — сказал он самому себе. Губы растянулись в недоброй улыбке.

Чаппел теперь снимал с Аманды ночную рубашку. Она томно села на кровати, подняв руки, пока он стягивал рубашку с тяжелых грудей, тянул вверх, открывая зардевшееся, улыбающееся лицо, золотистую россыпь волос, руки цвета слоновой кости, длинные пальцы с алыми ногтями.

Ночная рубашка темной птицей приземлилась на пол. Аманда упала на спину, раскинув руки, сжимая пальцы, словно в призывной мольбе. Чаппел распустил завязку на штанах. Они соскользнули вниз по мускулистым ногам. Аманда, извиваясь, подалась назад, перебираясь на подушки. Холлистер видел, как ее затвердевшие фуди резко поднялись и упали. Он видел, как Чаппел начал склоняться над жаждущим телом, видел, как она изогнулась дугой, жадно стремясь ему навстречу. «Пора», — решил Холлистер. С перекошенным лицом он приоткрыл балконную дверь и вынул из кармана пистолет.