Книга (Не) желанная невеста для злодея, часть I, страница 39 – Кира Стрельнева

Этот демонстративный игнор был хуже любой грубости. Он показывал всем собравшимся мое истинное место в его системе координат — ниже всякого внимания.

Аларик, напротив, улыбнулся мне своей самой обаятельной улыбкой, пытаясь разрядить обстановку.

— Княжна, вы как всегда прекрасно выглядите. Этот цвет вам очень к лицу.

Я знала, что он пытается помочь, но его вмешательство было подобно спичке, поднесенной к бочке с порохом. Я видела, как пальцы Каэлана чуть заметно сжали тонкую ножку бокала.

— Благодарю вас, ваше высочество, — ответила я сдержанно, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Вы чрезмерно любезны.

Ох, чувствую я, веселый будет ужин.

Ужин начался. Слуги засуетились, разнося блюда. Воздух наполнился ароматами дичи, пряностей и дорогого вина, но я не чувствовала ни запаха, ни вкуса. Каждый кусок вставал в горле комом. Я сидела с идеально прямой спиной, мои руки лежали на коленях, сжатые в кулаки, чтобы скрыть дрожь.

Первые несколько минут прошли в тягостном молчании, нарушаемом лишь звоном приборов. Первой не выдержала Илдис.

— Лорд Каэлан, надеюсь, ваше путешествие с Севера было не слишком утомительным? — спросила она сладким, заискивающим тоном, который она использовала только с теми, кого боялась или от кого зависела.

Каэлан медленно перевел на нее свой ледяной взгляд, заставив ее непроизвольно смолкнуть.

— Полет в драконьем обличие редко бывает утомительным, княгиня, — ответил он, и его голос, низкий и вибрирующий, прокатился по столу, заставляя вибрировать хрусталь. — Он прочищает мысли. Позволяет увидеть картину целиком, без лишних деталей.

Его слова висели в воздухе, тяжелые и многозначительные. Его фраза о «прочищении мыслей» и «видении картины целиком» повисла в воздухе откровенной угрозой, обращенной ко всем присутствующим, но в первую очередь — ко мне. Он давал понять, что ситуация у озера была не досадным недоразумением, а частью некой «картины», которую он уже разглядел и вынес ей свой вердикт.

Первым, как ни странно, нарушил тишину Лука. Видимо, чувствуя поддержку в лице могущественного лорда и, не в силах более сдерживать злорадство, он с притворной невинностью обратился к Аларику:

— Ваше высочество, а правда, что при дворе теперь в моде охота на грифонов? Говорят, это куда опаснее и азартнее, чем наши скромные забавы. Наверное, требуется особая смелость, чтобы выслеживать такую дичь.

Вопрос был умышленно двусмысленным. «Выслеживать дичь» можно было трактовать и как охоту на мифических зверей, и как преследование чужой невесты. Лука бросал крючок, надеясь, что Каэлан клюнет.

Аларик, казалось, не заметил подвоха. Он отпил вина, прежде чем ответить, его движения были спокойны и уверенны.

— Охота — это всегда искусство, — парировал он, легко обезвредив ловушку. — Будь то грифон в горах или олень в лесу. Главное — знать повадки своей цели и не нарушать законы чести. Опрометчивый выстрел может ранить не того зверя и обернуться бедой для самого охотника.

Его ответ был элегантным предупреждением. Он намекал, что Луке не стоит лезть не в свое дело, и напоминал всем о своем статусе и праве устанавливать правила. Лука скис и углубился в тарелку.

Но напряжение не спало. Его лишь перевела на новый уровень Илдис. Она повернулась ко мне с сахарной улыбкой, в которой не было ни капли тепла.