Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 51 – Виктория Рэд Харт

Пальцы дрожали, когда он достал коммуникатор и отправил сообщение: «Спасай. Откат. На грани. Я на артефакторном полигоне. Приходи к артефакторному корпусу. Срочно».

Ответ пришел не сразу — короткий, односложный: «Иду».

Потом он поднялся и поплелся к корпусу. Дорога обратно заняла очень много времени, он брел, превозмогая боль, пытаясь сконцентрировать сознание на цели, но в голове всё отчетливее проносились мысли, что Эльза ему нужна рядом. Всегда. Что она может не успеть или отказать. Но с этим надо что-то делать, иначе любая тренировка может стать последней.

Он вышел к корпусу уже в сумерках. Мимо сновали студенты — те, кто возвращался с вечерних занятий. Кто-то оборачивался, кто-то предлагал помощь — проводить до лазарета.

— Господин Фламма, вам помочь? — спросила какая-то первокурсница, держа в руках стопку книг.

— Не надо, — отрезал Игнис.

— Может, в лазарет? — спросил парень в очках, задержавшись на пару секунд.

— Я сказал — не надо.

Эльза сегодня не в лазарете. Он это знал. Она готовила свой Хэллоуин, и таскаться за ним не обязана. Он звал ее сегодня — посмотреть полигон, посмотреть, как он тренируется. Она отказалась, сказала, что занята. Но обещала прийти, если ему станет плохо. И вот теперь ему стало плохо. Очень.

Вокруг начала собираться толпа. Чьи-то голоса сливались в один сплошной гул. Кто-то пытался пробиться поближе, кто-то отходил, брезгуя. Кто-то шептался, что он пьян.

Игнис терзался мыслями: «Отогнать всех, сказав, что он нестабилен? Или надеяться, что она успеет до того, как он взорвется огнем и уничтожит всех вокруг?»

Сердце колотилось где-то в горле, откат накрывал волнами — то жар, то холод.

Время текло медленно. Каждая минута растягивалась в час. Эльза всё не шла.

Он уже мысленно ругал себя за свои стремления и амбиции, за решение тренироваться и уже начал думать, что потеряет сознание прямо здесь, на глазах у всех. И тогда слухи пойдут совсем другие — не про неумение владеть огнем, а про позорную слабость графского сына.

Алый почти сдался, закрыл глаза и откинул голову назад, когда услышал быстрые шаги.

Запыхавшаяся Эльза появилась из-за угла — быстрая, сосредоточенная, с растрепанными волосами, подскочила, притронулась ко лбу, оценивая жар.

— Горячий, — сообщила она.

— Я знаю, — усмехнулся Игнис, стараясь, чтобы голос звучал бодрее, чем он себя чувствовал.

— Не умничай.

Она подсела рядом и приложила ладонь к его груди — прямо на сердце. Тепло разлилось по телу — не то жаркое, огненное, а мягкое, целебное, которое забирало боль и заменяло ее покоем. Откат начал отступать. Игнис закрыл глаза.

Толпа вокруг многозначительно загудела. Девушки захихикали. Кто-то присвистнул.

— Ого! — воскликнул кто-то из толпы. — Это кто?

— Дайте посмотреть, — кричал другой, пробиваясь к Игнису.

— Красивая!

— А они давно вместе?

— А с какого она курса?

Толпа гудела, шепталась, и всё внимание сейчас сконцентрировалось на парочке.

Игнис открыл глаза, посмотрел по сторонам. Знакомые лица. Очень много знакомых лиц. Он узнал нескольких сокурсников, кого-то с младших курсов, даже одного преподавателя, который проходил мимо и теперь замер с любопытством. И он с Эльзой в неоднозначной позе — ее рука на его груди, он сидит, прислонившись к ней.

Упс! Или ура?