Книга Танцовщица для небесного бога, страница 96 – Ната Лакомка

— Не преувеличивай моей роли, — ответила Сахаджанья, задумчиво глядя на блестящую поверхность пруда. — То, что сделала я — всего лишь треть твоего успеха. Остального ты добилась сама, по воле богов.

— Да, все так странно, — Анджали перевернулась на живот, подперев голову. — Думаете, у богов на меня особые планы?

Наставница бросила на нее быстрый взгляд:

— Думаю, ты слишком красива, — сказала она, — но лучше последуй моему совету и найди себе покровителя сейчас, потому что настоящее твое служение начнется после сваямвары, а она придет — и раньше, чем тебе кажется.

— Не вижу ничего в этом страшного, — возразила Анджали, искренне не понимая, почему наставница говорит о выборе мужа, как о чем-то неприятном. Как может быть неприятным то, что соединит ее с господином Шакрой⁈ Ведь только она пройдет обряд, он заберет ее в свой дворец, и никакая Джавохири не сможет помешать этой любви!

— Ты еще не знаешь, в чем состоит служение дайвики, — сказала Сахаджанья. — И танцевать-то непросто — я имею в виду, хорошо танцевать, а уж быть настоящей апсарой…

— Вы говорите про любовь мужчин? — Анджали презрительно скривила губы. — Ее-то что бояться?

— И она может надоесть. А отказаться ты не сможешь, это нарушение дхармы. Вот почему я говорю о покровителе.

«У меня будет самый могущественный покровитель во всех девяти вселенных», — мысленно ответила Анджали, но промолчала.

Стрекозы сновали над озером, и одна из них села на обнаженное плечо Анджали. Сверкающая красавица с серебристыми крыльями — она напомнила девушке виману.

— Вы ведь проиграли свой арангетрам, наставница? — спросила Анджали тихо, не уверенная, что Сахаджанья захочет говорить об этом.

Но наставница ответила сразу, и голос ее был задумчивым, но совсем не недовольным:

— Да, проиграла. И должна была стать лоувики. Служение лоувики еще тяжелее, чем дайвики, но мне повезло — меня пригласили преподавать танцы.

— Наверное, та, которой вы проиграли, была как госпожа Урваши, — сказала Анджали. — Только великая танцовщица могла бы вас победить.

— Это была дайвики Шьяма-Мукхи.

Анджали замолчала, чувствуя, как ленивая безмятежность и радость тают, словно туман. Это имя она запомнила, и это имя царапало ее еще больнее, чем имя Джавохири, ставшей новой возлюбленной царя богов.

— Шьяма-Мукхи высоко взлетела, но где она теперь? — спросила Сахаджанья.

«Я перетанцевала саму дайвики Урваши, — подумала Анджали, — а она была лучше Шьяма-Мукхи».

— Ты — маленькая гордячка, — сказала вдруг наставница, повернув голову и внимательно посмотрев на Анджали. — Ты думаешь, если бы закричала на арангетраме, что Урваши заменила в состязании Джавохири, то сразу бы победила?

Анджали вытаращилась на нее:

— Вы знали⁈

— Я же не слепая. Танец — тот же голос, даже если его подделать, истинная нотка все равно прозвучит, — невесело усмехнулась Сахаджанья, и добавила со значением: — И госпожа Сарасвати тоже не слепая.

— Думаете, знала и она? — это открытие поразило Анджали.

— Я молилась, чтобы ты не сказала об этом вслух. И очень рада, что у тебя хватило ума промолчать.

Анджали взглянула на нее исподлобья. Наставница не могла знать, что тогда она промолчала не потому, что догадалась об этом, а потому что чудесное появление господина Шакры лишило ее разума. Все интриги стали неважны, и какое значение в тот момент имел обман со стороны дайвики, если сам царь богов признал ее, Анджали?