Книга Королевская кровь-14. Часть 1, страница 76 – Ирина Котова

Он держал Марину за руку — точнее, держался за нее, чтобы не рухнуть, потому что невидимая буря, причиной которой был он сам, все усиливалась. Вспышками проявлялись вокруг ауры аристократов, магов, священников и правителей — и он понял, насколько тускло видел их ранее. Сердца детей в животе Марины пульсировали, ауры их тянулись к нему, и он почти различал сыновей — маленьких, серебристых, тоже ощущающих, что вокруг творится что-то грандиозное, и радующихся этому. Маринин огонь обтекал его, с такой страстью сплетаясь с его потоками, усиливая их, что Люк облизнул губы.

Не время.

Буря достигла границ его земли, и Люк ощутил непорядок. Не было защиты — и даже руки зачесались от потребности прямо сейчас нестись к алтарю и кормить алтарных змей кровью. Потоки частично потекли дальше по Туре, частично оттолкнулись от границ и за несколько секунд вернулись к нему. В голове словно выключатель щелкнул — и Люк вдруг собрался. Только ощущение парения над землей появилось.

Он посмотрел под ноги, на Марину, которая стала как-то ниже, но не отпускала его руку, удерживая, — и поспешно опустился на мраморные плиты, потому что действительно воспарил, как воздушный шар.

Люди на трибунах садились. Зазвучали благодарственные гимны, и Марина отпустила его руку. Пришло время символических церемоний.

Люк закрыл глаза. Он пытался найти в себе желание усмехнуться над этим церемониалом и не смог. Ему было торжественно и светло.

«Ты сделал выбор, — напомнил он себе. — И ты никогда не будешь об этом жалеть. И примешь все, что сопутствует твоему выбору с достоинством. И спокойствием».

Марина едва заметно погладила его пальцы, и он повернул к ней голову. Она улыбалась — и понимающе, и взволнованно, и едва заметно иронично.

«Ведь можно не высмеивать все это, — словно говорил ее взгляд. Или, может, он озвучивал ее голосом свои мысли? — Но кто нам запретит продолжать относиться с иронией к себе?»

И правда. Игры не закончились. Они просто перешли на другой уровень.

Священники, не переставая петь, накинули ему и Марине на плечи тяжелые горностаевые мантии с серебряным бархатом. Его Священство вручил его величеству регалии — белый скипетр с гигантским бриллиантом в навершии, который прострелил руку электричеством, и знакомую уже державу. Клубок змей, опустившийся в руку, приветственно зашипел, как старому знакомому, и засветился видимой витой.

— Это мудрость и милосердие, — торжественно возвестил Его Священство. — С мудростью и милосердием правьте нашей стра… нашими странами, государь.

Подали ему пояс с белым клинком, и Его Священство надел его на Люка, подали и перстень с большой плоской жемчужиной, на которой была вырезана печать Инландеров.

— Это сила и закон, государь, — возвестил священник. — Правьте нашими странами силой и законом, но помните, что закон превыше и силы, и короля.

Перед новокоронованным развернули свиток с клятвой, поднесли артефакт, усиливающий голос. И Люк зачитал, вставляя свое имя и меняя «страну» на «страны»:

— Я, Лукас Бенедикт Дармоншир… Инландер, избранный Инлием Целителем, божественным первопредком нашим, основателем стран наших, быть королем и правителем Инляндии и Блакории, клянусь хранить народ, данный мне под руку.

— Клянусь вести страны к процветанию, миру и благоденствию, быть со своими людьми и в легкий год, и в тяжелый, хранить спокойствие, препятствовать несправедливости, надзирать за правосудностью и свершать акты милосердия.