Книга Королевская кровь-14. Часть 1, страница 107 – Ирина Котова

Понятно, что я не мог довериться никому из окружения — отец бы прочитал их как открытые книги. И я сам наводил связи через знакомых знакомых, делая себя неузнаваемым, сам разрабатывал план и нанимал тех, кто уже займется делом в Блакории. Было ли мне жаль Лену? Безусловно, она была славной девушкой, сестрой друга и тоже моим другом детства, но я успокаивал себя тем, что со мной она тоже будет несчастна, а так у нее есть шанс выйти замуж по любви. Я хорошо относился к ней, но она была той точкой, ударив в которую, можно было изменить нашу с Лоттой судьбу.

Луциус запрокинул голову к потолку и потер лоб.

— Конечно, это бы не единственный план… тебе ли не знать, что мы всегда пробуем разные варианты. Я дошел до того, что готов был тайно пойти к Рудольфу Блакори и предложить ему отказаться от свадьбы взамен на кровное мое обещание передать Форштадт Блакории после смерти моего отца. Твоя мать стоила и Форштадта, и потери лица перед народом, Люк… в конце концов я даже думал все-таки жениться на Лене и развестись с ней после смерти наших родителей, но это означало навсегда испортить отношения с Гюнтером, который был мне дорог. Единственное, о чем я не думал — это об ее устранении. Не настолько я чудовище, — он устало усмехнулся.

— Затем был февраль и государственный визит в Блакорию, приуроченный к дню рождения Магдалены. Дни были сумасшедшие — днем я сопровождал невесту, ночами шагал к Лотте. Она не спрашивала меня ни о чем, не упрекала, не задавала вопросов о том, что дальше. Я унижал ее этими посещениями, тем, что она была моим секретом, Люк, но ей словно не было до этого дела. Я возвращался к ней как к себе домой, как в теплый дом, с ней я отдыхал от всего… и не думал о том, чего ей стоили мои визиты. Ведь ей приходилось быть настороже, чтобы никто не зашел, не заметил следы того, что я… делал с ней. Она успевала учиться, но видно было, что она устала, а я все никак не мог остановить себя. Иногда я на следующий день не мог вспомнить, что же мы накануне делали с семьей и Магдаленой, но я помнил все Лоттины… — он замолчал, словно вспомнил, кому говорит. — Мы вернулись в Лаунвайт. Я получал сведения о том, что исполнитель среди блакорийского дворянства, вхожего в общество принцессы Магдалены, найден и он уже начал действовать. Мне казалось, я все прочитал, все учел… Так прошел февраль, наступил март….

Луциус затянулся и запил вишневый дым коньяком.

— Я до сих пор не знаю, где я прокололся, — устало сказал он. — Где мы прокололись. Может, на одном из семейных обедов, где сидели напротив и старались не смотреть друг на друга? Может, до отца дошли слухи о балах, на которых я танцевал с Лоттой? Гюнтер поделился с отцом своими наблюдениями, а тот уже спросил с моего? Но мы никогда не сдавали друг друга, почему он должен был сделать исключение? Может, мать ее что-то заподозрила, иногда заставая меня у них в гостях? Или за моими покоями следили и заметили, что я почти не ночую во дворце? Или все же в компании у меня оказались слишком догадливые друзья, и кто-то из них решил выслужиться перед отцом? А, может, мне только казалось, что я хорошо все скрываю? Единственное, что я точно знаю, что Лотта не имела к этому отношения. Она всегда умела молчать, твоя мать.