Книга Негодная певица и некромант за клавесином, страница 110 – Мстислава Черная

Ну и эскизы увидеть невтерпёж.

Я захлопываю книгу, возвращаю в стопку на угол стола. Кэрри, воспользовавшись заминкой, убегает, а до меня доходит, что её отправили ко мне не просто так. Девочку мягко подталкивают к исполнению роли моей младшей помощницы и, вероятно, в будущем, личной горничной. Кстати, кто отправил? Уверена, что не Дан. Одна из служанок или Марк? Как бы то ни было, девочка уже сбежала и я не вижу смысла звать её обратно.

Нераспакованные наряды я нахожу в своей комнате, а вот эскизов почему-то нет.

Взгляд цепляется за приоткрытое окно. Уже вечер, а я не заметила?

Хм…

Я выглядываю в коридор и нахожу служанку. Приходится напрячь память, чтобы вспомнить её имя.

— Добрый вечер, Люсиль.

— Госпожа?

— Эскизы… Я не увидела их в комнате.

— Лакей из “Галереи” передал их господину в руки.

— Спасибо.

Дан до сих пор работает? Если я приглашу его на ужин, это не будет навязчиво? Очень странно приглашать на ужин хозяина дома в его же столовую…

В задумчивости я иду по коридору. Перед кабинетом Дана я останавливаюсь и стучусь. Мне кажется, что Дан отвечает, и я открываю дверь, делаю шаг в кабинет.

— Карин?!

Дан как будто пугается.

Он слишком резко встаёт, и со стола от его движения разлетаются несколько карточек.

Одна соскальзывает ко мне и ложится рисунком вверх.

На карточке изображена я. Обнажённая.

— Дан? —  у меня само получается. Я протягиваю руку, и чары рождаются так естественно, как дыхание. Магия словно продолжение моей руки. Точь-в-точь как учил Дан.

Незримый ветер подхватывает картинку, поднимает вверх к потолку и плавно опускает мне в руки. Вот уж… не ожидала. Изображена я и не я одновременно. Лицо моё, но более выразительное, чем я привыкла видеть в зеркале. Макияж? Лесть художницы? А вот тело точно не моё. Нет у меня настолько плавных изгибов, нет такой пластики, осанки. Талия не такая осиная и ноги короче.

Или нет? Я понимаю, что Мэри больше фантазировала, чем писала с натуры, хотя во время примерки без платья, в одном белье, она меня видела.

Глядя на портрет, я не могу представить себя в роли соблазнительницы. На картине нет ничего вульгарного, отталкивающего. Есть красота, уверенность в себе и смелость.

Хм?

Надо же, какое удивительное открытие —  я уверена в своём голосе, в своём певческом таланте, которого нет, я ведь сама слышала, как я вою, но я совершенно не уверена в своём теле и своей внешности. Забавно…

Мэри воистину талантлива и одарена, показала мне то, чего я в себе в упор не замечала.

Я поднимаю руку ладонью вверх, и ко мне слетаются другие чёрно-белые наброски. На всех я обнажена.

— Я объясню… —  запинается Дан. —  Это не то, что ты думаешь.

Почему это звучит как объяснение мальчишки, застигнутого за подглядыванием?

Чем больше я перебираю изображения, тем больше мне нравится то, что я вижу. В голове даже мелькает напрочь безумная мысль —  жаль, что нельзя использовать эти наброски на афише. Обо мне бы заговорил не только Огл, не только всё наше королевство, но и весь континент. Или можно? Меньше откровенности, больше тайны… Нет, всё же не стоит шокировать красотой.

— А что я думаю, Дан? —  я склоняю голову к плечу и взмахиваю зажатыми в руке изображениями как веером. Я нарочно взмахиваю так, чтобы Дан их увидел.

Я подхожу ближе и рассыпаю эскизы по столу.