Книга Соленый раф для влюбленных, страница 44 – Виктория Арана

— А я Рита, ее лучшая подружка!

Соседка с ярким макияжем заявилась в таинственном темном наряде, будто собиралась создать какую-то особую атмосферу. Рита редко так ходила. Только в дни, когда «с ней говорила Луна».

Полина и Маша появились вместе. Они обсуждали, как вредно есть макароны с сыром и что они ни за что на свете бы от этого не отказались. И ладно Маша, заботящаяся о фигуре. Полина, страдающая от непереносимости лактозы, – вот кто удивлял больше всех.

Она пила таблетки заранее. Лекарство не всегда ей помогало, но Полина все равно съедала свою порцию и иногда еще накладывала добавку. Рисковала всем ради вкуса.

Вскипел чайник. Я расставила разномастные кружки по столу, а потом разлила кипяток, предусмотрительно положив внутрь пакетики с химозным ягодным запахом.

Андрей наблюдал за мной и порывался встать на помощь. Приходилось придерживать его за плечо, чтобы он хоть немного расслабился. Все же он пришел ко мне в гости. И не должен был делать больше, чем сидеть и наслаждаться моей компанией.

— Расскажешь нам, каково это, в таком молодом возрасте собирать большие залы и иметь огромную толпу фанатов? – спросила Маша, размешивая в кружке сахар.

Я недовольно зыркнула. Не хотелось, чтобы Андрея напрягали темами, которые он не хотел обсуждать. А он вряд ли в первую встречу с моими соседками сможет выставить границы.

— Это непросто, на самом деле. Приходится прикладывать неимоверные усилия, чтобы оставаться интересным для аудитории, – честно признался Андрей.

— Тебе не нужно делать ничего особенного, чтобы мы тебя обожали! – возразила Оля. – Ведь тебя любят не только за песни, но и за то, как ты относишься к миру.

— Я рад, что ты воспринимаешь меня так. Но ведь это не распространяется на всех, – мягко возразил Андрей.

Пришлось отвлечь их от разговора огромной сковородкой макарон с сыром посреди стола. Запах шел такой, что хотелось отпилить себе кусок вместе с чугуном, лишь бы досталось побольше.

Ребята отвлеклись на стоящее перед ними блюдо и заговорили о еде. Обсуждали, кто что любит и почему макароны с сыром – пища богов. Когда у каждого оказалось по порции, я наконец-то села на табуретку рядом с Андреем.

Стульев было всего пять. На гостей никто не рассчитывал. Излишки базовой потребности хозяин предлагал обеспечивать нам за свой счет. Но мы не хотели скидываться на такие мелочи, как одинаковая посуда и большее количество стульев.

Мун запрыгнула на мои колени, нервно дергая хвостом. Она коротко мяукнула и побила лапой скатерть, вымаливая хотя бы немного человеческой еды. Я не прогнала кошку, но и макарон ей не дала.

Разговор на кухне снова завертелся вокруг Андрея. Мы подкладывали друг другу добавку, заваривали новый чай и болтали, сидя под желтой лампочкой, скрывающейся в круглом абажуре.

Теплый свет рассеивался, создавая уютную домашнюю атмосферу, от которой хотелось свернуться клубком. Мы много смеялись, у Андрея скопилось невероятное количество интересных и забавных историй.

Оказалось, в поездках каких только казусов не случалось: забытая в поезде гитара, потерянное нижнее белье, оставленные дома инструменты, потерявшийся в Москве звукарь и многое, многое другое.

Мы просидели до одиннадцати ночи. Оля за вечер практически ничего не сказала. Она слушала Андрея так, будто в ее жизни это самое важное событие. Возможно, так и было. Я никогда не была сумасшедшей фанаткой. Но сейчас разделяла ее чувства как никогда.