Книга Глупые, страница 114 – Галина Шатен

— Давай решим.

— Вы готовы заказать? – нам вежливо улыбается официантка.

Быстро делаем заказ, и я возвращаю взгляд на девушку.

— Разве ты не чувствуешь этого между нами? – указываю на нее и на себя.

— Тимур, как ты не понимаешь? Физическое влечение ничего не значит. И то, что я поддалась… Это неправильно. И у меня совершенно нет на все это времени. Мне нужно заниматься. У меня нет богатого папы, который решит все проблемы за меня. Мне нужно самой, а их у меня вагон и маленькая тележка.

— Давай я попробую.

— Что попробуешь?

— Решить твои проблемы, – спокойно поясняю.

Она смотрит так, словно у меня выросло минимум две головы.

— Ты издеваешься?

— Нет. Почему? Вот мы подошли к расширенной версии договора. Ты и я – мы отвечаем друг другу на все всегда честно. И можем спрашивать все что угодно. И я начну. Почему ты так привязана к своему дружку-сосиске?

— Ты опять? – закатывает глаза. – С тобой бесполезно разговаривать!

— Ладно-ладно, не кипятись, – поднимаю обе ладони над столом в позиции «сдаюсь». – Почему ты так привязана к своему лучшему и золотому из золотых другу?

— Что ты привязался к Глебу?

— Я? Нет. Ты. Вот и мне интересно, что ты привязалась к нему?

— У него вообще-то девушка, они живут вместе.

— Как давно? – захожу с другого края.

— Почти две с половиной недели, – с выдохом отвечает и отводит глаза.

— А до этого вы вместе жили?

— Ну да. Нашли двушку здесь недалеко от универа по дешевке.

— Ты бы смогла ее оплачивать сама?

Ее брови чуть хмурятся, и она кивает:

— Думаю, да. Она чуть дороже, чем эта квартира. Там хозяин уехал на ПМЖ за границу, и ему лишь бы присматривалось, а оплата символическая.

— Почему ты уехала?

Снова хмурится.

— А кто?

— Твой золотой из золотых.

— Ну, просто их было двое, а я одна. И перестань так его называть.

— Тебе не угодишь, – хмыкаю и смолкаю, пока официантка расставляет готовый заказ. Девушка взяла себе только большой латте. Я же заказал два огромных бургера.

— Глеб взял меня с собой. Он помог мне сбежать и всегда был рядом. Так что не нужно говорить о нем плохо.

— От кого?

— Что?

— От кого ты бежала, Варя? – тихо спрашиваю. Девушка сразу меняется в лице, и мне не нравится это изменение. Как тогда, когда она узнала о предложении сняться для журнала. Она боится. Но кто мог ее напугать? Родители? Кто-то далекий, кто жил в том городе? Но в следующее мгновение, когда ее губы поджимаются, понимаю, что она не скажет мне.

— При чем тут это? – Ее пальцы сжимают чашку сильнее.

Принимаю более расслабленную позу, откинувшись на спинку диванчика.

— Ни при чем, – лгу с совершенно равнодушным лицом. Мне нужно подумать. – Так что насчет твоего дружка? Может, нам потусить вместе?

Ее рука застывает с кофе, не донесенным до губ.

— Зачем это тебе?

— Эй, почему ты постоянно меня в чем-то подозреваешь? Может, пришло время лучше узнать друг друга? Ты познакомишь меня со своими друзьями, я со своими. И затусим в большой компании, м-м? – шевелю бровями.

— Издеваешься?

— Опять?

— Ладно, – со стуком ставит чашку на блюдце и прямо смотрит мне в глаза, – и что дальше?

— Не знаю, ты наверняка мне хочешь рассказать, – отвечаю.

— Запросто, – фыркает, – ничего не выйдет. Все новые игрушки рано или поздно надоедают любому ребенку. А ты, – указывает на меня пальцем, – в целом большой… очень большой ребенок.