Книга Котёнок Котаева, страница 125 – Тиаверра

К гостинице приезжаю после восьми. Сижу в машине пять минут, смотрю на свет в её окне и понимаю мужчин, которые репетируют предложение перед зеркалом. Ебать, вот откуда такие мысли.

Свет горит. Значит, она там. В нескольких этажах от меня ходит по маленькой комнате, наверняка цепляется пижамой за мебель, ставит чайник и пытается не думать обо мне. От этой картинки грудную клетку стягивает сильнее, чем от любой ревности. Чужой мужчина рядом с ней когда-нибудь — мысль неприятная. Гера одна из-за меня сегодня — невыносимая.

Не предложение.

Пока.

Просто обещание, которое я обязан выдержать.

Поднимаюсь на этаж и стучу.

Гера открывает не сразу. На ней серые домашние шорты и широкая футболка.

И у меня на секунду заканчивается вся взрослая речь. Я пришёл обсуждать верность, дом и будущее, а смотрю на голые ноги и думаю, что Вселенная — бессовестная сука. Она могла выдать котёнку длинные домашние штаны. Могла хотя бы не напоминать мне в решающий момент, насколько сильно я хочу эту женщину во всех доступных положениях.

Те самые шорты.

Мой организм мгновенно вспоминает, с чего началась его самостоятельная жизнь, и предлагает решить конфликт старым надёжным способом.

— Даже не начинай, — предупреждаю собственный член.

Гера моргает.

— Я н-ничего не сказала.

— Ты — нет. Это у меня организм решил, что серые шорты означают амнистию.

Она опускает взгляд, понимает, с кем именно я веду переговоры, и вспыхивает до ушей.

— Коста…

— Всё, договорился. До конца разговора ведёт себя прилично. Можно войти?

Гера замечает букет. Глаза становятся ещё больше.

— Это мне?

— Нет, котёнок. Я обычно хожу по гостинице с цветами и жду, кто откроет мне в коротких шортах. Конечно, тебе.

— Он очень… большой.

— Я просил нежный. У флориста своё представление о моей личности.

Гера отступает, впуская меня.

Комната слишком маленькая для меня, неё и букета. Ставлю цветы в ведёрко для охлаждения напитков, потому что ваза гостиничного номера сдаётся первой.

Гера остаётся возле двери.

— Ты зачем приехал?

— Сделать то, что ты просила.

— Я просила не приезжать.

— Три дня назад. Я выдержал. Можешь отметить в календаре: Коста Котаев способен выполнять просьбы дольше одного полового акта.

Она краснеет, но не улыбается.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Достаю из внутреннего кармана договор и кладу на стол. Рядом — ключи.

— Что это?

— Твоё право жить в квартире без моего разрешения. Отдельный комплект. Договор оформлен на нас обоих. Ты больше не подселённая ко мне женщина и не гостья на моей территории.

Гера подходит, берёт бумаги и читает первую страницу. Пальцы начинают дрожать.

— Ты сделал это сегодня?

— Да.

— Зачем?

— Потому что ты права. Я поселил тебя в своей жизни так же, как в квартире: дал место, кормил, ловил, трахал, защищал — и всё равно оставил за собой право однажды сказать, что это была временная договорённость. Очень удобно для меня. Очень хуёво для тебя.

Она поднимает глаза.

В них нет прежней готовности поверить мне только потому, что я говорю уверенно. Гера слушает. Хочет поверить — вижу. Но больше не отдаёт мне решение за нас двоих. И, сука, именно сейчас я понимаю, насколько красивой она становится, когда остаётся мягкой и всё равно не сдаёт себя.

— Коста…

— Не перебивай. Я долго молчал. Сейчас имею законное право на большой объём речи.