Онлайн книга «Любовь не без улик»
|
Каждый год мы с «Горящими мячами» – нахальными футболистами – соревнуемся за первое место среди кружков школы. В конце каждого месяца все кружки показывают свое мероприятие, и администрация школы выбирает лучшее, начисляя за это баллы. В этом месяце мы выбрали постановку Шекспира, спортивный кружок показал игру с командой из другой школы и выиграл, художественный кружок устроил выставку работ, посвященную художнику Микеланджело. По моим прогнозам, наш номер был лучше всех, но задирать нос еще рано. — Это все круто, но! – Злата хитро улыбнулась и встала перед нами. – У меня для вас кое-что есть. — Наконец-то, – сказала Ева, разглядывая сумку Златы, – я думала, что ты уже не отдашь его. Где мой любимый черный шоколад? — У меня есть кое-что получше! Ева скрестила руки на груди и одарила подругу скептическим взглядом, на что я рассмеялась. — Да принесла я вам шоколад тоже! Но! – Глаза Златы сверкнули. – Помните, я писала в нашем чате, что, когда я приехала домой, родители как раз вернулись с выставки во Франции? Так вот, не поверите, что они привезли! — Очередную вещь очередного неизвестного гения, которая стоит миллионы долларов? – Бровь Евы приподнялась. — А вот и нет! Злата огляделась и, пригнувшись, прошептала: — Вы же знаете художника Василия Кандинского? Ева фыркнула. — Козлик, писаки картин в другом кабинете. — Да послушай ты! – выпалила Злата. – У меня есть вещь, которая принадлежала ему. Мы с Евой переглянулись, не понимая, к чему ведет подруга и почему она так взбудоражена. Родители Златы – коллекционеры. По ее словам, у них прямо в доме в закрытом сейфе хранятся реликвии и ценные вещи известных личностей со всего мира. И если родители приобретали новую вещь для своей коллекции – возможно, чтобы перепродать, а возможно, чтобы просто любоваться, – Злату это никогда не волновало. Услышав со стороны лестницы смех и шаги ребят, которые двигались в сторону актового зала, Злата шикнула, схватила свою сумку и торопливо потащила нас к лестнице. — Поговорим обо всем в комнате. Мы с Евой не стали спорить, а молча поплелись за подругой. Не успев зайти в нашу комнату, Злата кинула сумку на свою кровать, обвешанную гирляндами и цветами, на которой устроилось ее богатство – огромное количество плюшевых игрушек. Ее часть комнаты выделялась на фоне мрачной стороны Евы, украшенной темными плакатами различных групп, и минималистичной моей стороны в пастельных тонах с полками, где были аккуратно сложены книги и ежедневники. Злата закрыла дверь на ключ и встала перед нами с торжественной улыбкой, словно пыталась продекламировать речь. Она протянула руку вперед, и мы с Евой поняли, что это означает. Посмертная клятва. Мы придумали ее, когда впервые познакомились. В первом классе. С тех пор мы давали ее друг другу каждый раз перед важной новостью. Мы с Евой положили ладони поверх руки Златы и произнесли шепотом: — С первой минуты введения в тайну клянемся хранить ее до самой смерти. Не рассказываем никому, если от этого не будет зависеть наша жизнь или позор. — Давай рассказывай уже. – Я торопливо присела на кровать. Злата с улыбкой кивнула, было видно, как она хранила все в себе с момента выезда из дома и как ее разрывало быстрее поделиться с нами. — В общем, вы же знаете… |