Книга Мертвая вода, страница 43 – Оливье Норек

— Плевать на найденных, Милк. Нас интересуют незакрытые дела, в частности те, что начаты до введения евро. В кармане жертвы обнаружены старые сантимы.

— Старые? — удивился юный полицейский. — Так это, как минимум, пятидесятые годы прошлого века…

— Две тысячи второй, дурачок, — любезно поправила его Ноэми.

— Две тысячи второй год или четырнадцатый век — у меня в любом случае ничего нет. Ноль. За этот период не пропал ни один ребенок. В Авероне нет ни Эстель Музен^[25], ни Марион Вагон^[26] или Авроры Пенсон^[27]. Единственный случай, который подходит по датам, — вот это дело.

Он с трудом приподнял стопку из многих томов, на корешках красным фломастером было написано «ФОРТЕН».

— Но я знаю, сейчас вы станете говорить, что тут нет ничего общего, потому что это похищение.

Ноэми и Ромен обменялись досадливыми взглядами. С соблюдением тайны они, скорее всего, промахнулись: мальчишка обладал достаточным нюхом и теперь шел по тому же следу, что и они.

— Полагаю, мы это прибережем и распространим в департаменте? — заключил Милк.

— Нет, будем заниматься тем, что имеем, по порядку. Такое расследование ведется по миллиметру. В деле Фортена брались пробы ДНК детей?

— Чтобы снова не промахнуться, скажу, что автоматизированный учет генетических данных^[28] был запущен в девяносто восьмом году. У нас разрыв в четыре года, потому что похищение совершено в девяносто четвертом.

— Автоматическая картотека — да, — уточнил Ромен. — Но сравнения делались уже на пятнадцать лет раньше, особенно при пропавших без вести.

Милк, водя пальцем по строчкам, перелистал страницы толстенного дела и обнаружил ответ:

— Ты прав. Вот заключительный протокол анализа проб, взятых в ходе расследования. Фортен ночевал в одной из пристроек фермы Валантов, образец его ДНК найден во многих местах и тогда же зарегистрирован. Также имеются две пробы, взятые в спальнях каждого из трех пропавших детей. Один образец с зубной щетки, другой — с нижнего белья.

— Супер! Звоните в лабораторию и попросите сравнить ДНК ребенка Х из Института судебно-медицинской экспертизы в Монпелье с этими образцами, которые должны быть в их архиве. Просто сравнить, ответ нужен завтра. Лишь бы не было никаких затруднений, ведь это наш единственный след.

— Значит, за дело, да? Мы правда снова открываем это расследование? — спросил Милк.

— Главное, ты сейчас же закроешь пасть, — вмешался Ромен. — Я не хочу без повода распалять страсти в коммунах. Пока мы проверяем и снимаем вопросы. Тебе понятно?

— Ладно-ладно. Только не злись.

Возвращаясь на второй этаж, Ноэми прошла по тому же коридору и, минуя камеры временного содержания, услышала лай. Она заглянула внутрь и заметила Буске с миской воды в руке. Перед ним, в первой клетке, она увидела своего кривобокого и косорылого пса.

— Свяжитесь с Валантом, у него есть свежая информация по расследованию, — сообщила ему Шастен.

Буске подтолкнул миску к перепуганному псу, который свернулся клубком в углу клетки. Похоже, Пикассо знал, что в любом случае схлопочет, так что дичился и боялся любого действия человека, если оно отличалось от тычка или пинка. При виде Ноэми он наконец осмелился подойти к миске и жадно вылакал половину содержимого.

— Ветеринар был?

— Да. Час назад.

— Не замечаю большой разницы.