Книга Мертвая вода, страница 128 – Оливье Норек

— Капитан Шастен, вы на всех информационных каналах.

— Я не смогла придумать ничего другого, чтобы постараться не дать Парижу забыть о себе, — пошутила она, вызвав нервный смешок собеседника.

— Я говорил вам, нет? Пребывание в сельской местности вас подновило и сделало еще лучше, чем прежде. Вы должны были проводить аудит, живя припеваючи, но на месте вы расследовали дело, которое всем представлялось невозможным, а резонанс оказался таким, что вашим дружкам — деревенским полицейским теперь не грозит в ближайшем времени увидеть закрытие своего комиссариата. Мы здесь очень гордимся вами. Вы знаете, что ваше имя прозвучало в связи с повышением в чине?

— Да, я слышала.

— Отлично. А теперь давайте организуем ваше возвращение. Ваша группа ждет вас, и, если вы хотите избавиться от Адриэля, никаких проблем. В любом случае в ваше отсутствие он звезд с неба не хватал.

— Я не отсутствовала, вы меня «сбросили».

— Не будем ссориться из-за слов, капитан. Если вы полагаете, что я вас «сбросил», тогда считайте, что ваша карта выиграла.

Ноэми переключила телефон на громкую связь, поднялась со стула, встала возле окна кабинета майора Роза. И принялась спокойно созерцать деревню.

— Вы слыхали про Аверон, мсье?

— Не уверен… Нет. Но сомневаюсь, что ваша служба там сможет перевесить легендарный дом тридцать шесть. Вашу карьеру именно здесь, а не в другом месте.

Через окно она заметила Милка, оживленно беседующего с хорошенькой брюнеткой постарше, чем он, с накрытым белой тканью блюдом для торта в руках. Вероятно, это его мать. И уж без всякого сомнения — ее несъедобная фуасса с сахаром.

— Мсье?

— Капитан?

— Подите к черту со своим легендарным домом тридцать шесть.

* * *

Ноэми заулыбалась, осознав, что впервые за долгие месяцы впереди у нее — будущее, и ей захотелось сделать еще один телефонный звонок.

— Хлоя Витали. У телефона.

— Даже в отпуске по уходу за ребенком ты представляешься как флик? — насмешливо спросила она.

— Ноэми? Это ты?

Глаза Шастен наполнились слезами, в горле застрял ком. Слова с трудом давались ей.

— Я тебя немножко забросила, моя дорогая, — наконец пробормотала она.

— Прекрати. Я запрещаю тебе так говорить. Просто невероятно, что ты там сделала.

— Спасибо, но я была не одна. Давай лучше поговорим о тебе. Как малыш?

— Некрасивый и сморщенный, как все младенцы. Я едва успеваю следить, как мелькают дни, с ужасом думаю о выходе на службу. Быть молодой мамой в отделе по борьбе с оборотом наркотиков, да еще с нашим расписанием, — это сущий ад. Я уже представляю, что будет: меня тоже отстранят…

— Кстати, об этом… Ты слышала про Аверон?

— Не говори ерунды!

— Нет, правда. Мне нужен новый заместитель, и лучше бы женщина. Сейчас у меня есть выбор между заместителем, который выставил меня из Штаба, и другим, который покрывает всех желающих меня убить, но я бы предпочла кого-то, кому доверяю.

— Аверон… — задумчиво повторила Хлоя.

— Ты очень скоро поймешь, что надо быть сумасшедшей, чтобы жить в Париже.

* * *

Юго поставил свой «форд» на парковке комиссариата. Его багаж лежал на переднем пассажирском сиденье. Ощущая пустоту в желудке, Ноэми пошла ему навстречу.

— Остаешься? — спросил он ее.

— Уезжаешь?

— Меня призывает речная полиция. Я не могу оставаться здесь вечно. У меня в Париже есть работа.