Книга Код 93. Районы, страница 23 – Оливье Норек

— Ты, длинный с дурацкой рожей, благоразумно ждешь нас, а мы поиграем в полицейских. Если хочешь, замени злую собаку, она давно сдохла.

— Пусть покоится с миром, – прибавил детский телефон.

Другой, той же марки и того же цвета, оказался привязан над звонком у входной двери. Из приоткрытой двери сильно несло кошачьей мочой. Ронан махнул рукой, приглашая Коста следовать за ним.

— Заходи, она в глубине дома, в гостиной.

В потертом кресле, на подголовнике которого красовалось большое жирное пятно, буквально потонула дама без возраста, в тесной цветастой блузке и со стрижкой того неестественно-голубого цвета, который могут себе позволить только парикмахеры, обслуживающие восьмидесятилетних. Она едва отвела глаза от телеэкрана. Разложенные перед ней на кофейном столике восемь детских телефонов потрескивали и шипели каждый на свой лад, почти перекрывая голос диктора теленовостей.

— Я всегда настороже, дети мои. Семь окон, дверь и восемь раций, чтобы все слышать. Таким образом я узнаю, если ко мне кто-то залез или бродит поблизости. Лучше, чем сигнализация в магазине.

— Ага, бабуля, только вот сигнализация напрямую связана с отделением полиции, а если кто-то залезет к вам, вы будете единственной, кто об этом узнает. А возможно, и последней.

Старуха напрягла слух:

— Что?

— Я говорю…

— Ничего ты не говоришь, Ронан, – перебил его Кост. – Ты садишься и даешь мне поговорить с мадам. Вот что ты делаешь.

— Ах, так это он начальник. Он хочет кофе с печеньем?

Помимо малопривлекательных запахов, на ответ Коста повлияла тонкая пленка липкого жира, которая, казалось, покрывала все поверхности в доме.

— Нет, спасибо, но вы очень любезны.

Присев рядом с ней, Кост заговорил чуть громче:

— Вы наверняка всех здесь знаете. Мы ищем пустующий особняк, в котором кто-то мог самовольно поселиться. Вам что-нибудь приходит в голову?

— Семьдесят семь домов, я знаю всех жильцов, потому что мои кошки слишком много разгуливают. Люди говорят, будто они воняют, но кошки просто не могут вонять, они же все время умываются.

Она завертела головой во все стороны, словно хотела найти хоть одну кошку, потом вспомнила про вопрос:

— Две виллы продаются, одна чистая, а другая, где однажды оказались заперты мои кошки, – ее-то не продадут, она заброшена. Дом двадцать три по Ивовому проспекту, если хотите посмотреть.

— Спасибо, что уделили нам время, мадам.

Ронан подошел к детским телефонам, чтобы Сэм не упустил ни одного слова:

— Да, спасибо и извините нашего сотрудника – ему не хватает воспитания, чтобы разговаривать с дамами.

Сэм снаружи показал ему средний палец.

* * *

Оказавшись перед домом 23 по Ивовому проспекту, флики отметили, что описание, данное новой осведомительницей, оказалось правильным. Коттедж в три этажа, ставни на окнах закрыты, краска выцвела, на крыше не хватает нескольких черепиц, от стен отваливается штукатурка, и каждый квадратный сантиметр покрыт диким виноградом. Вполне похоже на заброшенный дом.

— Сэм, загляни в почтовый ящик, – может, выясним, когда сюда в последний раз доставляли корреспонденцию. Ронан, ты перелезешь через ограду и взломаешь мне дверь. Скажем, что к нашему появлению она уже такой и была, не ждать же два часа слесаря.

— Почтовый ящик заперт. Я могу его взломать?