Книга Код 93. Районы, страница 210 – Оливье Норек

Кост попытался успокоиться и сжал зубы.

— Комиссар, вы думаете, я не понимаю, как на вас давят и каковы последствия того, о чем я вас прошу? Но нам явно морочат голову. Кто, по-вашему, оплачивает Колену адвоката? Парнишку просто принесли в жертву. Он несовершеннолетний. Максимум, в чем его можно обвинить, – это соучастие, но дальше дело не пойдет. Чем он рискует? Самое большее два или три года. Он все берет на себя за деньги или из страха, точно еще не знаю, но смогу выяснить, если мне дадут хоть немного времени.

— Времени я вам не дам, капитан. Повторяю в последний раз: вы закрываете все, что касается этого Хабибу Дукуре, по всей форме выдвигаете Колену Фэзону обвинение в пособничестве и передаете материалы судебному следователю Сен-Круа. Проявите терпение. В подобном деле могут открыть отдельное требование^[76], и тогда вы продолжите свое расследование.

— В лучшем случае через неделю, так? Если против Колена выдвинуть обвинение, то, как вам известно, слушать его показания сможет только судебный следователь. Сегодня у нас единственная возможность надавить на Колена, потом мы не сможем к нему даже близко подойти. Нами будут просто манипулировать.

Терпение Стевенена достигло пределов.

— Кто будет? Дилер, который стоит над ним? А когда вы заполучите его, вам и этого будет недостаточно, вы захотите того, кто еще выше, и в конце концов у вас не останется никого! Вы явно не видите дальше стен своего кабинета. Стать в один прекрасный день комиссаром полиции вам не грозит.

— Боже меня сохрани от такого.

Стевенен поднял бровь:

— Что-что?

Кост вышел из кабинета, хлопнув дверью.

Интервью журналисту «Радио Монте-Карло» получилось довольно вежливым. Даже лучше того, Весперини удалось создать некий образ мужественного мэра. Однако обратная дорога до мэрии вернула ее к реальности, и от напряжения скрутило живот. Весперини запретила входить к ней в кабинет всем, кроме Дельсара, своего казначея, которого ждала с нетерпением.

В аппарате управления никто не хотел вмешиваться в события вокруг Мальсени. Матиньон^[77] перекинул мяч Министерству внутренних дел, которое ответным броском переправило его в генеральный секретариат города… А тот зависел от Матиньона. Даже обсуждение, которое должно было состояться между мэром и государственным секретарем, было перепоручено казначею и техническому советнику. Очевидно, все принимали меры, чтобы как можно меньше пачкаться об этот город.

На телефонном аппарате Весперини загорелась лампочка, и в кабинет без доклада ввалился Себастьен Дельсар. Этот элегантный сорокалетний мужчина контролировал муниципальный бюджет вот уже почти десять лет. Взаимоотношения, которые он поддерживал с Весперини, были привилегированными. Конечно, Себастьен был сыном ее бывшего зятя, но в основном она ценила его изобретательность. Обобранные рынки, несуществующие организации, скрытое финансирование кампании, покупка голосов, головорезы, расклейщики афиш, консьержи и журналисты, поставляющие информацию, фиктивные должности и устройство друзей на хорошие посты. Дельсар так погряз в злоупотреблениях, что уже перестал видеть в них что-то противозаконное. Поскольку речь не шла о личном обогащении, он почти получал удовольствие от своей игры в кошки-мышки с префектурой, государственными учреждениями и региональной счетной палатой. Все это походило на обычные банковские операции. Просто здесь требовалось чуть больше хитрости и внимания.