Книга Код 93. Районы, страница 154 – Оливье Норек

— И что я должен ей сказать?

— Вы уже знаете. Мы хотим быть вашими новыми протеже.

— Значит, вы хотите их территории?

— Учитывая недавние смерти, полагаю, проблема территорий решилась сама собой.

— Значит, места, где можно спокойно продавать? Я могу вам их предоставить. Обнаружить невозможно. В центре города.

— В центре города? И что нам там делать? Там мы не у себя дома. Километр от предместий – и мы уже чужаки. Вы ошибаетесь относительно наших намерений. Дилер – это как футболист: карьера короткая, и надо обеспечить себе, на что жить потом. Проводить свои дни, сидя в углу вестибюля, сбывая наркотики доза за дозой, грамм за граммом; вы и правда думаете, что это наша цель? Будущее, которое колеблется между тюрьмой и гробом? Мы хотим большего, месье Аззедин. Мы хотим всё. Мы продаем наркоту, чтобы держать районы, мы держим районы, чтобы быть для вас незаменимыми. Это единственное средство привлечь ваше внимание. Единственное средство существовать. На самом деле, все это в какой-то мере и ваша вина. Если вас не пугать, вы нас просто-напросто бросите.

— Скажите, чего вы хотите. Я сделаю все, что в моих силах. Я поговорю с Весперини.

Ответ был кратким, и Салах отнял телефон от уха, чтобы обратиться к трем незваным гостям:

— Вы должны передать мне список?

Дрисс порылся в кармане джинсов, вынул сложенный вдвое лист бумаги и протянул его заместителю мэра. Тот строчка за строчкой пробежал список глазами, а затем снова поднес телефон к уху. Его решение им не понравится.

— Это невозможно. То, что вы требуете, просто невозможно. Не сейчас. Меньше чем через год выборы, все кассы пусты. Расходы на жилье, машины, бессрочные трудовые договоры и остальное еще обсуждаются, я могу поторговаться, но двести тысяч евро… Даже если вы снова сунете меня мордой в кипяток, такой суммы не будет. Мы уже вычерпали все, что только возможно.

— И все же вам придется найти решение. В свете последней полицейской конфискации можно держать районы максимум еще две недели. Чтобы пополнить запасы, придется прокатиться в Испанию. Нам нужна наличка. Много налички.

— Вы не понимаете. Нужно просто проявить терпение. Дождаться перевыборов и нового бюджета.

— Терпение? Терпение – это слабость.

На этой стадии разговора Босс уже знал, что прицелился слишком низко. Он продолжил успокаивающим тоном:

— Но мы уже достаточно вам докучали, месье Аззедин. Уже довольно поздно. Мои люди сейчас оставят вас в покое.

Разговор был вроде бы закончен, но Салах знал, что, едва он вернет мобильник, будет покончено и с ним. Заметив паузу, Бибз вырвал телефон у него из рук:

— Босс?

— От него толку не будет. Надо переходить к следующему собеседнику.

— А что с этим?

— Пускай будет посланием. Прояви изобретательность.

Мальчишка сбросил вызов и сунул телефон в карман. Несколько секунд он размышлял, а затем повернулся к Салаху:

— Ты, значит, любишь слезоточивый газ?

* * *

Салаха силой уложили на диван. Дрисс крепко схватил его за руки, а Колен одновременно удерживал ноги. Бибз уселся сверху, но Салах со всей силой отчаяния изогнулся, чтобы избежать его хватки. На мгновение Бибз потерял равновесие, но быстро взял ситуацию под контроль, уперевшись кулаком Салаху в трахею и чуть ее не раздавив. Простая техника, парализует жертву напрочь. Мальчишка обернулся и окликнул Маркуса. Властный тон маленького солдата в сочетании с детским голосом леденил кровь.