Книга Когда мы научимся летать, страница 74 – Геннадий Кумохин

Так проходило для них слаживание, а в психологическом привыкании для Капитана и Вани даже и не было нужды, так как за время пребывания в камере они научились понимать друг друга не то чтобы с полуслова, но даже и без слов.

Свой первый бой Волчок запомнил на всю жизнь.

Наступила осень. И «разверзлись хляби небесные». На земле было ненамного лучше. Но непролазная грязь позволяла ближе подобраться к врагу.

Группа в десять штурмовиков незаметно подошли к окопам ВСУ и завязали рукопашный бой. Рубились штыками и ножами. Только тут Волчок понял, какой ценный навык он приобрел еще в детстве, постоянно тренируясь с ножом, который он подобрал в домике убитого Учителя.

Капитан быстро расправился с первыми врагами и по узкому окопчику устремился вперед. Волчок еле поспевал за своим напарником. Вдруг из бокового окопа, служившего видимо, входом в блиндаж, появился, еще один ВСУ-шник, судя по всему, офицер. Он оказался как раз между Капитаном и Волчком. Офицер снял с плеча автомат и собирался стрелять в спину Капитана. Волчок понял, что сейчас пули попадут в незащищенную бронежилетом спину товарища и что было мочи закричал, чтобы отвлечь внимание врага.

Тот обернулся, увидев совсем близко искаженный криком лик со страшной раздвоенной губой, дернулся и в замешательстве вскрикнул:

— Пся крев!

Этого мгновения хватило Волчку, чтобы бросить нож. Кинжал вонзился как раз в то место, где находился кадык врага, и тот мгновенно захлебнулся кровью. Это лицо вражеского офицера еще долго стояло перед глазами Волчка.

Ему некогда было считать, сколько человек поразил его клинок. Он видел только ощеренные лица врагов и старался не упускать из виду Капитана, который постоянно был в центре схватки. Когда окоп был очищен от вражеских бойцов, штурмовики передохнули и посчитали свои потери. Оказалось, двое убитых и трое раненых. Убитых в схватке врагов было на порядок больше.

После первого своего боя Волчок долго не мог прийти в себя. Видя, что его младшему товарищу не по себе, Капитан похлопал его дружески по плечу и, пытаясь его подбодрить, сказал:

— Ведь это была не первый твой «крестник»!

— Это — первый, — мотнул головой Волчок.

— А как же те, трое, из-за которых ты сидел? Ведь я сам читал, что ты их тоже зарезал.

— Я не знаю, что написано в деле, но я убил их не так. Это они зарезали моего Учителя. Зарезали, а потом сожгли, и ничего им за это не было.

И Волчок рассказал Капитану, как было на самом деле.

После смерти школьного учителя учить сельских ребят оказалось больше некому и большинство детей перевели в городской интернат. Туда же переехали и старшие братья Волчка.

Он остался один со спивающейся матерью и принялся строить планы отмщения. Про самообразование он тоже не забывал, читая книги из сохранившейся с советского времени сельской библиотеки. Летом он пас коров, а в холодное время прислуживал по дому у сельского старосты, своего заклятого врага. Но бывший зэк в упор не видел опасности в плохо говорящем подростке. Правда, его пускали в усадьбу только в светлое время дня, а с вечера спускали с цепи свирепого алабая.

По субботам «бывшие» устраивали для себя банный день. Парились подолгу, с обильными горячительными напитками. А колол дрова и растапливал баню неизменно Волчок.