Книга Серое братство, страница 267 – Валерий Гуминский

— Встали и пошли! — резко открыла глаза Лация. — Кто сможет вырваться — идите!

Это уже было сказано солдатам, ошеломленно смотрящим, как королева широким шагом уходит от них.

— Королева моя! — Шим упал на колени. — Я не уйду! Я погибну вместе со своими людьми!

— Шим! — голос Лации зазвенел от горя. — Ты командир квадрона! А я сейчас решаю, кому жить — кому остаться здесь! Ты идешь с нами! Твой опыт и умение стоят больше двадцати жизней простых воинов! Мы потом будем плакать и достойно поминать этих храбрых мужей. А сейчас мы уходим!

Пак до сих пор молчал, но в этот момент взглянул в глаза королевы. В них что-то мелькнуло, и сердце девушки дрогнуло. Нет, он не укорял, не призывал к милосердию. В его темных зрачках стоял невыразимый ужас от произнесенных слов Лации. И она поняла. Пак никогда не думал, что девочка, выросшая и ставшая королевой, всегда ценившая человеческую жизнь, вот так легко отдаст на лютую смерть остатки своего воинства. Он простил ей бездарный разгром полуторатысячного войска, но никогда не простит двадцати человек, простых солдат.

— Они еще далеко, — тихо сказал Пак и ободряюще улыбнулся, правильно поняв колебания девушки.

И пока Лация с напряжением всех своих сил выдергивала из «сети» бойцов, Пак и Шим неотрывно следили за приближающейся тучей мошкары. Степняки шли скорым маршем, поняв уже, что жертва ускользает из ловушки. Они знали: чтобы заново соорудить «сеть», потребуется не один день камлания. Колдуны Ханвара замучаются «поднимать» тучу. Шим уже приплясывал от радости, что они успели. И пусть даже они примут бой, но погибать будут с оружием, как настоящие воины, а не обезноженные бараны.

Совсем обессиленную королеву подхватили на руки и побежали в сторону леса, ухитряясь уворачиваться от замшелых стволов деревьев, низкорастущих кустарников с их острыми сучьями. Шим бежал последним, подгоняя отставших. Смена шла непрерывно, и уже казалось, что они оторвались от погони. Показалась синяя полоса морской глади, а свежий ветер даже усилился и теперь бил в лицо, сбивая дыхание. Воины хрипели, сбивались на шаг, спотыкаясь о камни. Но никто не роптал. За свое спасение они готовы были нести Лацию даже по глади моря.

Их настигли у прибрежных скал со спасительными пещерами, пробитыми природой и морской водой. В таких затейливых лазах можно было прятаться хоть годы, и никто бы не догадался, в каком месте. Это понимали и преследователи. Около полусотни всадников обхватывали широкой дугой беглецов, стремясь отсечь от скал.

— Им нужна я! — встрепенулась Лация. — Опустите меня на землю!

— Королева, нас все равно убьют, даже взяв вас в плен, — прерывисто дыша, отважился сказать один из воинов. — Мы будем драться!

— Пак! Уводи госпожу в скалы! Мы задержим степняков! — Шим дрожащими руками застегнул пряжку на коротком плаще и выхватил меч.

— Не успеем! — Пак кинул взгляд полный отчаяния на стремительный рывок всадников к кромке воды. Их отрезали от спасительных пещер.

Со стороны моря из-за невысоких гребней круто изломанных скал что-то тяжело ухнуло. Перед рассыпавшейся на части конницей взметнулся огромный столб песка вперемешку с огненным вихрем. Дикое ржание лошадей смешалось с криками боли и ужаса. Большая часть степняков попадала на землю. Еще одна вспышка завершила разгром преследователей, и жалкие остатки степняков скрылись в подлеске.