Книга Серое братство, страница 201 – Валерий Гуминский

На одном из очередных привалов Мастер отозвал меня в сторону и с выражением недоумения на лице спросил меня:

— Ты что-нибудь понимаешь во всем этом?

— Только одно, — ответил я сразу. — Армия нисайцев не пойдет по междуречью. Думаю, что они переправятся через Сузай и рванут скорым маршем к Ахайе.

— Точно! — улыбнулся Мастер. — Там мало войск, а вытянувшиеся в линию гарнизоны не сумеют помочь тем, кто вступит в бой.

— И что ты предлагаешь? Изменить маршрут?

— А не боишься, что я предложу? — Мастер оценивающе поглядел на меня. Словно и не было за плечами нескольких лет совместной борьбы.

— Уже давно отвык от такой напасти. Кто пережил хессов, тот уже ни за что не испугается.

— А зря. Опасаться надо любого бугорка, пусть он даже неказист на вид…

— Мастер, — прервал я своего командира, — я же говорю: «испугаться», а не «опасаться». Разницу чуешь? Говори, что задумал.

— Скоро начинаются земли Нисаи. Мы забрались слишком далеко. Я даже уверен, что нам уже перерезали все дороги. Так что надо быть осторожными. Переплывем Сузай, пристроимся в хвост нисайцам, и начнем понемножку отщипывать кусочки. Это серьезно осложнит их наступление. А мы будем действовать быстро, нагло, скрытно. Как тебе мой план?

— Авантюра, конечно, но это в нашем стиле, — я не удивился очередной выдумке напарника, и даже не пробовал возразить, насколько это опасно. — Только я не могу сейчас с тобой спорить, лучше это или хуже. Давай, попробуем. Заодно ребят проверим в бою.

После разговора мы собрали десятников, позвали Башара и Молота, чтобы у них не возникло подозрений в сговоре против Басаги. Лишнего при них старались не болтать, но в общих чертах объяснили, что придумано. Все, кроме Молота одобрили его. Соглядатай скривил губы:

— Мастер ведает ли, что может произойти, если его выводы окажутся неверными? А вдруг правитель Шаурафа Сахиб Второй Дерзновенный вздумает послать корабли вдоль южных берегов Муфазара? Или разрушение рыбачьих и крестьянских поселений — отвлекающий маневр?

— Это как раз тот момент, что враги ждут нашего наступления в междуречье, — ответил Мастер. — Вот почему они выжигают земли. А что бы делал ты в таком случае? Большая армия без воды и фуража для животных не имеет шансов подойти к решающей битве свежей и отдохнувшей.

— Мастер прав, — Башар хмуро посмотрел на Молота. Ему нелегко было противоречить помощнику. Но, как ни странно, именно он осознавал правоту пятидесятника.

— А если нас ждут на границе? — не унимался Молот.

— Какая армия у Сахиба? — повернулся Мастер к Башару. — Тебе что-нибудь известно?

— Достаточно большая, чтобы пустить сто тысяч сабель по Сузаю, и еще столько же, чтобы сомкнуть челюсти с флангов, — Башар крепко сжал губы. — Но будь спокоен: нисайцев еще больше.

— Прекрасно, — Мастер оглядел всех своим прищуром, в котором таилось нечто, что могло не понравиться многим из сидящих. Но они плохо знали командира. — Завтра мы сворачиваем к Сузаю, переправляемся через реку и ждем противника. Я не думаю, что они уже начали движение к Ахайе. Десятникам проверить готовность своих бойцов к походу. Накормите лошадей. Выступаем с рассветом. Все! Отдыхать!

«Морской Лев» не достиг берегов Пафлагонии — таково было известие, которое нашло Лацию в Кротах — фортификационной крепости на границе со Степью. Писал Абилард, которого она неплохо знала. Почерк был мелкий, убористый, но хорошо поставленный, и девушка легко разобрала его. Абилард писал: