Книга Кондотьер, страница 183 – Валерий Гуминский

— Я говорю о возможностях, кои даются людям с высочайшим общественным статусом.

— Ага! — я неожиданно окрысился. — А почему бы сразу не засунуть мою матрицу в тело наследника короля? Отличная площадка для старта!

— Такой старт ничего не решает, — парировал куратор, подцепляя на вилку кусочек тушеного овоща. Поднес поближе к глазам, внимательно рассмотрел его и сунул в рот. Пожевав, проглотил и кивнул. — Забавный вкус. Как же много нужно для человеческого тела: есть, пить, совокупляться. Видимо, в этом вы находите невероятное удовольствие… Да, ведь ты очнулся в теле дворянина, воин! Тебе ли быть недовольным?

— Но меня лишили чести и дворянства!

— На время твоего отбывания наказания в штурмовом отряде, — согласно кивнул куратор. — Докажешь свою полезность империи — получишь все обратно. Только тебе не хочется уже возвращаться к истокам, я прав? Ты плывешь по огромной реке к неведомому, что гораздо лучше подходит твоему авантюрному характеру.

— Хочешь сказать, читаешь мои мысли? — я успокоился, допил вино и сразу же снова налил себе полный бокал.

— Нет, оцениваю твои действия. И они весьма интересные. Создают множество линий грядущего.

— Я хочу получить дворянский титул и жениться на девушке, которая мне очень нравится.

— Нравится или любишь? — ирония в голосе куратора получилась весьма достоверной. Только вот лицо остается неподвижным. — Или еще не определился с приоритетами?

— Люблю.

— Ответ честный, а значит, ты найдешь способ завоевать ее сердце.

— У меня большая проблема. Я не хочу разменивать смерть ее родного деда на дворянский патент и личное счастье.

— Человеческие эмоции, вечный спор между добрыми деяниями и многогранным злом, — вилка со стуком легла на край стола. — А эти противоречия влекут за собой множество вариантов будущего. Очень интересно и захватывающе!

— Не люблю философствовать на эту тему, — я поморщился. — Есть определенная задача, которую нужно выполнить. А зло это, или добро — оставим в стороне. Все равно у каждого своя правда. Сможешь помочь?

— Помогу, — небрежно обронил куратор, присматриваясь к мясу. — Как-то неприлично бросать проект на половине пути. Правда, я рассчитывал встретиться с тобой не так скоро. Что ж, придется корректировать ситуацию.

— И каким образом?

— Человек, место которого я занимаю, умрет через два дня. И никто не сможет определить, мнимая эта смерть или настоящая. Матрица, или душа — как вы ее называете — эрла Толессо будет помещено во временн у ю капсулу, а бренное тело некоторое время спокойно полежит в усыпальнице, — куратор без мимики на лице хохотнул. — Так уж и быть, пригляжу за ним.

— А дальше? — я замер.

— Потом вернем матрицу старика на место. Нужно лишь предупредить самых верных людей, чтобы не возникло некоего… кхм, диссонанса в восприятии действительности. Как тебе идея?

— На фоне всего, что я придумывал — она просто великолепная, — признался я. — И каким образом констатировать смерть? Ведь сюда прибудет королевский дознаватель с целителем для подтверждения оной!

— Смерть будет самой настоящей, — убедил меня куратор. — Никакая магия, никакой гений медицины не сможет определить, что на самом деле произошло со старым человеком. Остановилось сердце. Сколько лет этой оболочке? По вашим меркам?