Книга Возмездие, страница 155 – Валерий Гуминский

— Помолчите! — Меньшиков поднял руку. — Сейчас сюда приедут следователи, им всё расскажете. И про Митрофанова, и про его дядюшку. Когда увезут пострадавших, приберитесь тут.

Он ссутулился и пошёл к выходу, спотыкаясь о сломанные стулья и столы, а бойцы сопровождали его, волноломом разрезая столпотворение спасателей и медиков в зале.

Очутившись на улице, Никита глубоко вдохнул в себя сырой воздух Петербурга. Возле клуба, сверкая огоньками спецсигналов, стояли десятки карет скорой помощи, несколько броневиков и микроавтобусов, на которых примчалась группа быстрого реагирования. Часть машин, сформировав кортеж, отъезжала от клуба. Цесаревича увезли, что было правильно. Разбираться предстоит не ему, а всем службам, проворонившим теракт.

— Выпей, сынок, — возле него появился Строганов в помятом костюме. Он протягивал Никите наполовину опустошённую бутылку «шустовки». — Давненько я в такую переделку не попадал, разве что в пору своей бурной молодости, когда с отцом сопровождал грузы в казахские Жузы.

Никита молча взял у него бутылку и сделал большой глоток, не чувствуя лаву огня, прокатившегося по пищеводу.

— Повезло нам с Морозовым, — разговорился Андрей Егорович. — Если бы сидели поближе к подиуму, накрыло бы гарантированно. Да ещё успел раскинуть «сферу» над столом. Она и смягчила атакующий конструкт.

— А что с Шереметевым и Юсуповым? — хрипло спросил Никита, отдавая коньяк тобольскому князю.

— Сейчас там Целители, — кивнул на суету возле распахнутых дверей клуба. Оттуда уже выносили носилки с закрытым простынёй телом. Кто именно лежал на них, было непонятно.

Продираясь между стоявшими по обе стороны дороги машинами, подъехал чёрный «руссо-балт». Из неё стремительно выскочил министр МВД Волынский Андриан Иванович. Младший брат главы Рода выслушал торопливый доклад какого-то полковника, и никого не замечая, буквально взлетел по лестнице, и исчез в клубе.

— Никита Анатольевич! — голос Фадеева вывел волхва из глубочайшей задумчивости, в которой он анализировал ситуацию и проводил ниточки от одного персонажа к другому. Комендант особняка с побелевшим лицом стоял перед ним и обшаривал взглядом хозяина с ног до головы. — С вами всё в порядке?

— Да, немного помяло, но не смертельно, — очнулся Никита. — Пока никаких звонков, полное молчание.

— И не думал, — мотнул головой Фадеев. — Может, кому помочь надо?

— Там справятся и без нас, — провожая взглядом вторые носилки, произнес волхв. — Я подожду одного человека, переговорю с ним, а потом поедем домой. Водитель на месте или тоже с тобой прибежал?

— Нет, он на стоянке, ждёт приказа.

— Пусть там и остаётся.

Балахнин с несчастным лицом остановился возле Никиты с перекинутым через локоть плащом. В отличие от остальных членов клуба его одежда выглядела безупречной.

— Какой-то рок преследует мои начинания, — пожаловался он, дрожащими руками надевая плащ. — Словно смеётся и испытывает на прочность.

— Пустое, Алексей Изотович, — отмахнулся Никита. — Значит, не судьба. Оставьте эту затею… хотя бы на время, а потом вернётесь к ней. Жизнь сама рассудит, по какой дороге идти.

— Да, наверное, придётся угомониться старику, — грустно усмехнулся князь. — Тем более, есть чем заняться.

Никита не обратил внимание на последние слова Балахнина, выглядывая знакомую машину, которая должна была появиться здесь с минуты на минуту. Хованскому предстоит много работы, странно, что запаздывает.