Книга Возмездие, страница 149 – Валерий Гуминский

Не доходя до барной стойки, они расцепили руки и разошлись в разные стороны. Строганов, как подозревал Никита, давно его заметил, и теперь раскинув руки, надвигался на волхва с доброй улыбкой.

— Дорогой Никита Анатольевич, как же я рад вас видеть! — громыхнул Строганов, а сам успел подмигнуть, после чего сжал молодого барона в объятиях. — Давненько, давненько мы не общались!

«Если полтора месяца для старого князя давний срок, то время действительно летит со скоростью ошалелой птицы, — с усмешкой подумал Никита, похлопывая князя по спине. — На чью публику играешь, хитрец?»

На них с интересом взглянули Юсупов и Демидов, что-то отметили про себя. А вот князь Шереметев даже головы не повернул. Слишком высок его статус в клубе, чтобы отвлекаться на мелкие раздражители.

— И тебе здравствовать, Андрей Егорович. Как дети, внуки? — подхватил игру Никита.

— Досаждают старику, — пожаловался Строганов. — Юноша, пятьдесят грамм «шустовки».

Бармен молча плеснул в коньячный бокал соломенно-жёлтый напиток, и князь со вздохом поднял его.

— Давай, Никита, за Городецкого, не чокаясь. Правильный был мужчина, со своими принципами, которым никогда не изменял. Вредность, скаредность, неприятие предательства, отстаивание своих интересов — всё это он.

— Когда же вы успели так узнать друг друга? Не в клубе же, — заинтересовался Никита.

— Мы по молодости частенько проживали в Петербурге, сталкивались по делам. Это уже потом, когда обросли обязательствами, детьми и прочими якорями, то разъехались. Городецкий осел в Вологде, ну а я в свою вотчину умчался, в Тобольск.

Они молча выпили до дна. Никита отодвинул свой стакан и показал бармену, что наполнять его не нужно.

— По золотишку пока пусто, — негромко сказал Строганов, чуть ли не беззвучно шевеля губами. — Я побеседовал с некоторыми людьми в жандармском управлении Тобольска, они пообещали прощупать охранный контингент каторг. Кто-то же даёт возможность злодеям уходить в лес. Причём, без магических печатей, которые в обязательном порядке ставятся каждому каторжанину.

— Или её снимают где-то на подготовленной перевалочной базе, — подсказал Никита. — Зачем охране подставляться на самом первом этапе?

— Подозреваешь кого-то из одарённых?

— Да этот вариант напрашивается, как ни крути, — волхв пока придерживал информацию по полукровкам, надеясь, что Строганов сам подскажет тему. — Невозможно снять печать без мага. Обычный следящий маячок можно уничтожить, от собак, идущих по следу, есть разные способы отбиться, начиная от табака и заканчивая специальными зельями. А магическое тавро — оно просто так не поддастся.

Велесова печать на плече сразу же нагрелась, словно подтверждая слова своего носителя. Никита едва заметно поморщился. Неприятная вещь, питается болью, но в бою незаменима. Строганов ничего не заметил, погружённый в раздумья.

— Если ещё и одарённые замешаны в безобразиях — это очень и очень плохо, — сказал он. — Система прогнивает. Чем быстрее мы эту заразу ликвидируем, тем легче пройдёт лечение. Ты, Никита, очень дельную мысль подсказал. Найдём того, кто варнакам помогает — всю цепь разом намотаем на кулак.

— А ведь вы заинтересовались, Андрей Егорович, воровской кассой, — усмехнулся волхв. — Только будьте осторожны. Криминальный мир не делает различий между дворянином и мещанином, одарённым и простым человеком. Ему без разницы, кого под нож пустить.