Книга Симбионт, страница 87 – Валерий Гуминский

— Ну и хорошо. На вас тогда поиск хорошей гостиницы на время экзаменов, и чтобы не очень далеко от университета, — скомандовал я. — Мы пока не студенты, поэтому общежитие не выделяют.

— Сделаем, — кивнул обрадованный личник. — Я знаю парочку мест, где обслуживание на высшем уровне.

— Договорились. Поехали в университет. Заодно и город посмотрим. А пока будем на собрании — ищите гостиницу.

Когда наш микроавтобус остановился возле распахнутых ворот, на моих часах уже было половина пятого. Отпустив охранников, мы вошли в здание, поднялись на третий этаж, влившись в шумную и говорливую толпу кандидатов. Нужно успеть пораньше занять удобные места, а то придётся на галёрке торчать, и напрягая слух, ловить речь преподавателей.

Актовый зал впечатлил. Он был невероятно большим, с уходящими вверх креслами, с огромным экраном, сейчас задёрнутым плотным занавесом из красного бархата. Сиденья были обиты в тон тем же материалом, через высокие окна пробивались лучи вечернего солнца, и всё равно кто-то включил верхнее освещение, разбавляя излишне камерный вид зала.

Больше половины мест уже оказались заняты возбуждёнными парнями и девушками. Ещё никто не перезнакомился друг с другом, справедливо решив, что для такого важного шага время неподходящее. А вдруг кто-то не пройдёт вступительные экзамены? Поэтому старались кучковаться по разным признакам: земляки, из одного города, села, станицы, по переписке в социальных сетях, да и знакомые до того, приехавшие поступать группами.

Мы нашли свободные места в самой середине, и, продравшись сквозь частокол ног, стараясь не отдавить ноги девицам, с довольным видом уселись в мягкие кресла. Надо сказать отцу, что его денежки не разворовываются, а идут на нужды университета. Актовый зал мне понравился.

— Шикарно, — Ванька тоже оказался впечатлён. — Мест на восемьсот.

— Тысяча сто, — повернулся к нам снизу какой-то знаток со встопорщенным хохолком на голове. Судя по внешности, то ли киргиз, то ли казах.

— Спасибо, — вежливо ответил я, разглядывая постепенно заполняющийся зал. Не зря волновался. Народу и в самом деле много. Университет «Уральский» хоть и позиционирует себя открытым для всех слоёв населения, но большинство явно из дворянских и купеческих семей. Богато одеты, ведут себя раскованно. А вот ребят из мещан и рабочих маловато. Они понимают, что будут первыми в списках на вылет, если допустят хоть одну ошибку. Их место сразу займут квотированные, читай — свитские.

— Гляди, вон наши кошки сидят! — на ухо прошептал Ванька, кивая вниз, где я разглядел блондинку и шатенку. Они сидели в окружении тех самых парней, которые составляли им компанию на автостоянке.

— С каким это пор они стали «нашими»? — усмехаюсь я.

— Интуиция подсказывает, что девчонки на юридический или на экономику идут, — Дубенский даже ноздрями зашевелил от возбуждения. — Я в этом смысле, а не то, что ты подумал!

— Да ты не спеши, дай время. Пусть хоть группы сформируют, а то заработаешь себе косоглазие, глядя на «наших», а они, может, вообще на филологический поступают.

— Ха-ха! Чтобы Турчанинов позволил своей дочери болтологией пять лет заниматься? Сто пудов, на юридический. С тобой в группе будет.

Так-то Ванька прав. Такого роскошества, как отдавать детей на «никчемные» для семьи профессии, аристократы себе позволить не могут. Баловство это, как раз для мещанок. Из них большая часть в учителя и идёт.