Книга Герои чужой войны 2, страница 76 – Валерий Гуминский

Наш путь занял около десяти минут. За это время мы оказались далеко от места стоянки и уткнулись в одну из ажурных башенок. Дальше уже зловеще темнела густая, до самых светящихся облаков, стена леса. Мы обогнули башенку и потопали дальше. Меродор остановился перед оплывшим холмом, заросшим травой и кустарником.

— Стой на месте и никуда не уходи, — тихо приказал Меродор, запуская руку в недра своего плаща.

Я немножко не послушался и отступил назад на пару шагов. Ну его, вдруг что-то пойдет не так, и у меня будет фора. Убежать, конечно, не получится. Я же не Болт-легкоатлет, стометровку лететь на реактивной скорости. Сжав до хруста в костяшках пальцев рукоять пистолета, приготовился ждать.

Меродор тем временем стал обходить холм, высыпая за собой слабо искрящийся порошок, который, оседая на землю, сразу белел. Вскоре эльф закончил свои шаманские дела, надежно закольцевав курган. Встав за внешней чертой, вполне по-свойски отряхнул ладони, зачем-то скинул плащ. Постояв пару минут без движения, чародей раскинул руки в виде самой известной статуи Христа в Бразилии, и заговорил каким-то неживым голосом, в котором не угадывалось ни капли эмоции. Говорил он долго, не меняя тональность, и явно не языком своей расы. Закончив выступление, Меродор достал нож, полоснул им по мякоти ладони и резко махнул в сторону кургана. И снова начал свою речь. Только теперь в голосе добавилось экспрессии, переходящей в ярость. Фразы стали рубленными, четкими.

Под моими ногами ощутимо вздрогнула земля, как будто огромное чудовище проснулось и зашевелилось в попытке вылезти наружу. Еще один толчок, от которого я заметно напрягся. Яркий свет, хлынувший на близлежащие кусты и кроны деревьев, озарил примыкающую к кургану территорию. Я сначала зажмурился, пережидая всполохи на сетчатке глаз, и только потом осторожно огляделся. Белые свет стал блеклым, сгущенным до синевы. Раздался шумный стонущий вздох, от которого у меня зашевелились волосы на голове, словно живые змеи. В нем не было жизни, и принадлежал он потусторонним силам.

— Кто вы, презренные потомки, посмевшие поднять нас из глубин сна? — голос шел как будто из ниоткуда, но, в то же время, обволакивал всю округу. — Какое ничтожество нарушает вечный покой князя Тухолки?

— Магистр! — старый эльф бесстрашно шагнул в облако фиолетового сияния. — У меня есть право будить спящих и идущих по Тропе Вечности!

— Слово!

— Barrohatan, Спящий!

— Говори! — выдохнул спрессованный в тяжелый пласт вечности воздух. — У меня нет времени долго слушать тебя, живой. Глубина тянет обратно!

— Раскрой тайну Змеиных Врат! Можно ли заставить их открыться по личной воле?

Меродор боялся, я ощущал его страх по дрожащему голосу, по напряженно вытянутой спине. И все-таки эльф не был трусом. Даже сделал шаг в сторону кургана, вытянув руки ладонями вверх.

— Врата Акруса, которые вы зовете Змеиными, становятся видимыми один раз в два столетия! — выдохнул Тухолка. — Разве вам не ведомо сие?

— Знаем, — ответил Меродор. — Я же прошу открыть тайну невидимости и возможность активировать их.

— Зачем?

— Человек из чужого мира случайно попал сюда через Врата, хочет уйти обратно к себе. Возможно ли?

— Этот, что ли? — теплый воздух обдал мое лицо. Появилось ощущение, что невидимый огромный зверь обнюхивает меня со всех сторон. — Зачем тебе мое знание? Он и сам сумеет справиться с замками Акруса. В твоем спутнике достаточно древней крови, чтобы открыть дорогу в неведомое!