Книга Герои чужой войны 2, страница 73 – Валерий Гуминский

— Иногда кусаются, — озабоченно ответил Сандрин.

— Дерьмо все это, — Иллор сплюнул на землю, оглядел всех, подобно орлу с верхотуры, и толкнул коня в бока. Решил первым ступить на проклятую землю. За ним потянулись другие. Меродор что-то показал знаками Экору, тот понятливо прикрыл глаза.

— Белек, Альгорн, задержитесь, — сказал он парням. — Надо выяснить, кто за нами идет. Маг чувствует присутствие чужака. Если вытропите его — не убивайте. Постарайтесь взять живым.

Отряд постепенно втягивался в Могильник, настороженно глядя по сторонам. Руки у всех лежали на рукоятях мечей, я же выставил вперед арбалет и с замиранием сердца вглядывался в строгий ряд могильных постаментов и вычурных построек неизвестного предназначения. Некоторые архитектурные особенности мне уже были знакомы по Видмарице. Ну да, стиль эльфов везде узнаваем, ажурная изящность, наложение различных уровней потолочных перекрытий и всякая мелкая ерунда, органично вписывающаяся в общую постройку здания. Здесь, конечно, было обыкновенное кладбище, но вот некоторые склепы весьма живописны. Много скульптур, большинство из которых безвозвратно разрушены, но кое-где остались прекрасные образцы. Вот, например, изящная фигура девушки с длинными волосами, в просторном платье, волнами спускающемся до самых щиколоток. Ее правая рука опущена вниз и держит за холку огромного пса. Да, эльфийский глэйв — верный друг, имеющий право быть увековеченным в камне. В левой же руке, прижатой к сердцу, угадывается венок. Что вообще хотел показать скульптор? И кто похоронен в этом склепе, который мы проезжаем сейчас? Наверное, какая-нибудь эльфийская принцесса или знатная молодая аристократка.

Меродор, вызвавшийся ехать в голове отряда под присмотром бесшабашного Иллора, поднял руку. Мы замерли на месте. И опять я почувствовал, как на нас давит тишина. Но нет, что-то шуршало в кустах, где-то изредка перекликались мелкие пичужки, теплый ветер озорно посвистывал между обломанными верхушками статуй и в сквозных арках башен. И чей-то шепот, тихий, навязчивый, забивающийся в уши. Слов в этом шепоте было не разобрать, он разбивался на сотни мелких фрагментов, перетекал из одного уха в другое, менял тональность, направление, громкость.

Я потряс головой и внимательно посмотрел на товарищей. Кроме Меродора все озирались, толкали пальцы в уши, страдальчески морщились.

— У нас проблемы, господин маг! — крикнул я, чтобы хоть как-то разбавить невидимый морок живым голосом. — Мне голоса слышатся!

— Тихо, мальчишка! — яростно прошипел Меродор, даже не оглянувшись на меня. — Я знаю! Это охранное заклятие! Надо было сразу догадаться и залить вам уши воском!

— Тряпками можно! — я поморщился от взвывших в ушах голосах.

— Не поможет! — старый эльф с досадой завертел головой по сторонам. — Надо что-то отвлекающее, чтобы духи заинтересовались!

— Смешные истории рассказать? — с перекошенным лицом засмеялся Лешак, он как-то еще держался, но другие стали разбредаться по сторонам. Наверное, очень сильный зов оказался.

— Думайте живее! — чародей начал трясти пальцами, однако, судя по усиливающемуся шепоту, уже влезшему в черепную коробку, мы безнадежно проигрывали.

Лихорадочно прокрутив в голове несколько вариантов оборонительного боя, откинув в сторону анекдоты, считалки, даже детские потешки, я завопил во все горло, да так, что из травы, облепившей могильные плиты, суматошно вспорхнула целая стая пичужек: