Книга Герои чужой войны 2, страница 58 – Валерий Гуминский

Гервесий сделал знак кому-то на стене, а створки ворот тут же стали раскрываться шире. И мы вошли в форт, почувствовав себя спокойнее. Здесь своя территория, свои люди. Ночевать за толстыми стенами куда приятнее, чем под открытым небом, ожидая нападения орков. Помощник коменданта оказался приятным малым. Он сразу дал указание своим подчиненным помочь нам с лошадьми, определить на постой людей. Исполняющим обязанности назначили Гимфура, как моего старого знакомого. Гном особо не возражал, и сразу повел мою банду в казарму, пристроенную к административному зданию. А я, Экор и Меродор пошли с офицером в рабочий кабинет. Конечно, сказано было сильно — «кабинет». Обыкновенная комнатушка пять на пять, узкая деревянная кровать, стол, стул и сундук, где, наверное, хранились вещи Гервесия.

— Тесновато, — смутился офицер, — не рассчитывал на гостей. Рассаживайтесь, как удобнее, а я объясню ситуацию в нашей округе. Так, сейчас достану кроки, чтобы понятно было.

Разложив несколько листов с картографическими знаками, Гервесий спросил:

— Сначала поясните мне, куда вы направляетесь. Мне нужно определить точный маршрут или описать местность, каких бед ждать.

— Нужно пройти вдоль Кряжа до Тракта, — ответил я, — и желательно не столкнуться с орками.

— Если идти вдоль границы — опасность, конечно, будет мизерная. Орки шныряют чуть ниже, контролируют все тропы, ведущие вглубь Чернолесья. Эльфийские поселения, куда так стремятся любители древних сокровищ, вас не интересуют?

— Нет, — ответил Экор, внимательно изучая ломаные и волнистые линии крок.

— Прекрасно, — офицер ослабил пояс и с легким раздражением скинул перевязь с мечом куда-то в угол. — Тогда вам лучше держаться Родникового распадка и идти по нему на север, никуда не сворачивая. Смотрите, от него есть ответвления. Это тоже распадки, только в них можно легко заблудиться и попасть на территорию орков, или, еще хуже, на Могильник. Если с вами есть маг — заранее позаботьтесь о безопасности на ночевках.

Гервесий понимающе посмотрел на старого эльфа, сообразив, что этот дедок с длинными потускневшими платиновыми волосами сидит в такой компании неспроста.

— Что вас стало пугать, офицер? — усмехнулся Меродор.

— Карухан объявился, — без тени улыбки ответил Гервесий, и я ему поверил. О нечисти так не шутят на ночь глядя. — Его пару раз видели наши дозоры, но близко не подходили. Следы показывают, что тварь почему-то тянет в Кряж, а под утро он уходит оттуда вниз.

— А где Могильник? — я уже понял, примерно, как нам идти.

— Могильник находится восточнее от нашего форта. Несколько десятков поприщ. Но ведь вам не туда? Вы не похожи на любителей эльфийских древностей.

Гервесий с настороженностью поглядел на нас.

— Не стоит беспокоиться, — Меродор с тихим кряхтением пошевелился на лавке, — даже если нас угораздит заблудиться. Я справлюсь.

Меня поразила уверенность чародея в своих силах. Без лишней бравады, размахивания руками и презрительных улыбок по отношению к дилетантам, которыми мы все и являлись, он заявил о способности защитить отряд. Маленькая заноза все-таки продолжала сидеть в моей душе исключительно лишь из-за того, что я не знал истинных способностей эльфа. Одно успокаивало, старая школа чародейства. Что поделаешь, консерватизм в какой-то мере выгоден, он отталкивается от прочной и фундаментальной базы, разрабатывавшейся веками. Если Глоррохин считает, что его магическая практика имеет право жить — терпеть под боком представителя этой школы он не будет. Потому Лазурия и не имеет прочных крепостных стен, надеясь на замкнутую систему сторожевых башен.