Книга Герои чужой войны, страница 97 – Валерий Гуминский

Мы спешивались на опушке леса, занесенного снегом, устраивали себе лежку и ждали, пока Хват не начнет поднимать зверье, затаившееся в сугробах. Зайцев было немерено. Они то и дело порскали из-под густых кустов и со скоростью «Сапсана» летели по снежной целине. Волкодав с удовольствием переквалифицировался в ловца ушастых зверей. Я как-то в шутку сказал Кели, что между эльфами и зайцами есть одно замечательное сходство: уши. И тут же получил оплеуху. Девушка-то она, конечно, мягкая, но иногда обижается.

— Ты вскидываешь лук и сразу стараешься пустить стрелу, — досадовала эльфийка, — хотя бы зафиксируй положение на два удара сердца, потом отпускай тетиву. В самом деле, я тебя не учила, что ли? Ты рассеян, Кос!

Она прижалась ко мне, обхватила своей рукой мою левую руку, держащую лук, подняла, показал способ фиксации, не натягивая тетиву. Мою щеку согрело тепло ее дыхания. От волос, запрятанных под шапку, шел едва уловимый запах луговых трав. Тетка Зайчиха исправно следит за состоянием своих подопечных — Иримэ и Кели, и дает им какой-то местный аналог шампуня. Говорит, укрепляет волосы до самых корней. Девчонки, кажется, прижились у нее, и не собираются переселяться в казармы. Лифанор этому обстоятельству рад, хотя и не подает виду. Присутствие двух молодых эльфиек на Базе его, безусловно, напрягает. Бойцы-эльфы косяками ходят вокруг жилища Зайчихи, что приводит в бешенство старшину. Он тут же загружает работой личный состав, пусть даже и бесполезной, лишь бы не видеть хороводы из окна штаба. Лифанору очень понравились две мои сентенции по этому поводу. Первая гласила: солдат без работы — враг общества. Вторая его приводила в восторг: чем бы солдат ни занимался — лишь бы за… кхм. Ладно, я лишь просил, чтобы командир Базы не сдал меня, как провокатора. Действительно, гарнизон «Наконечника» был в недоумении от бесполезности некоторых производимых ими работ. Но, благодаря таким своевременным действиям были укреплены ворота, возведена еще одна смотровая башня, на которую подняли пушку, бесцельно стоявшую во дворе. Теперь она грозно смотрела в сторону вероятного прорыва тойонов. Ее целую седмицу пристреливали, перемолов заросли кустарника и молодой ельник в кашицу. С внешней стороны общими усилиями Базу опоясали широким, но неглубоким рвом. Соорудили мостик, по которому теперь можно было попасть вовнутрь. В общем, обычная гарнизонная работа.

— Смотри, Хват поднял косого! — воскликнул я, натягивая тетиву. Лук приятно заскрипел. Я за эти месяцы неплохо освоил стрельбу из этого замечательного оружия, но все-таки предпочитал огнестрел. Мечтаю пострелять из гномьего ружья, но Фарин, жадина, не дает. Боеприпасов ему жалко, видите ли!

— У тебя есть девушка? — вдруг спросила Кели.

Лук дернулся в руках, и стрела ушла куда-то вверх. Хват озадаченно гавкнул. Томак крутился где-то возле лошадей, и хорошо, что ничего не слышал.

— Не понял, — лицо у меня, наверное, было глупым-глупым.

— Не делай вид, что ничего не понял, — румяные от мороза щеки эльфийки еще больше запунцовели.

— А нужно ли об этом сейчас говорить?

— Дело твое, — пожала плечами Кели слишком уж безразлично.

Ох, неужели эльфийка так ко мне прикипела? Что нашла-то во мне?

— Ее зовут Аня, Анэль, — сознался я, не делая попыток отстраниться от Кели. — Понимаешь, она осталась там, куда я не могу вернуться. Пока не могу. Но не знаю, вернусь ли…. И это меня больше всего злит, эх!