Книга Принцип равновесия, страница 67 – Валерий Гуминский

— Вот поэтому и важно заранее установить кандидаток в жёны Даниславу, — улыбнулся директор. — Кто знает, вдруг их будет несколько… Ну и последние два критерия: прогнозируемый класс угрозы для стабильности системы и Коэффициент Судьбы. Последний измеряется с помощью артефактов, связанных с Рекущими.

— Меня больше всего интересует предпоследний критерий. Что за угроза системе? О чём идёт речь?

— Речь идёт о безопасности государства, — мгновенно посерьёзнел Шубенков. — Наличие тревожных факторов переводит проверяемого в ранг «нестабильного носителя». То есть в будущем от него можно ждать любых действий, направленных на подрыв безопасности Империи.

— Чушь какая! — отреагировал я эмоционально. — Человек становится в оппозицию государству не из-за каких-то магических факторов, а из-за неустроенности в жизни, несправедливости в обществе, от недовольства внутренней политикой и прочих социальных проблем.

— Не имею никакого желания с вами спорить, — миролюбиво откликнулся хозяин кабинета и приложил правую ладонь к сердцу. — Возможно, вы в чём-то и правы, но подобная процедура отточена веками и ещё не давала критических сбоев.

— А не критические сбои были?

— Были, не отрицаю. Единичные случаи куда легче купировать, согласитесь.

Я согласился. Буйных нужно отлавливать на начальной стадии, пока они не заразили тех, кто находится рядом. И всё же… было что-то неприятное в подобной проверке. Данька ещё жить толком не начал, а его уже изучают, анализируют и, в конце концов, поставят некий штамп на досье, который навсегда заклеймит сына как оппозиционера или определят в один ряд с добропорядочными гражданами. Не знаю даже, что лучше… Мне всё больше казалось, что Долгорукий немного не в себе, если боится детей и женщин, которые, якобы, могут уничтожить его Род.

— После проверки вам выдадут «Паспорт одарённого», в котором указан основной Дар и его Сила, — губы Шубенкова опять расползлись в улыбке. — Этот документ поможет грамотно распределить Стихийное наполнение при инициации.

Куда пойдёт полная аналитика по моему сыну, я не сомневался. Хрен кто даст мне изучит развёрнутый доклад. Его будут читать император, Елизаров и, возможно, князь Залесский. Он ведь тоже ближник Долгорукого. Хорошо бы раздобыть копию. Но где хранятся досье на всех одарённых Империи? Вряд ли на территории Научного Центра… Хотя, почему бы не проверить? Нужно только найти человека, да того же Прошкина прощупать! Пусть он лаборант, но с документами-то он всё равно работает! Дам задание Ирине разузнать всё про этого паренька.

— Спасибо, Иван Алексеевич, — у меня вопросов к Шубенкову больше не было. Я мог спросить напрямую, возможно ли получить развёрнутое досье, но подозревал, что директор прикроется служебной тайной или своей некомпетентностью. Да и не стоит заранее настораживать Долгорукого.

Я попрощался с милым и улыбчивым директором лаборатории. Теперь можно и своих поискать. На всякий случай предупредил охранников в вестибюле, что ещё вернусь за результатами анализов. А то с них станется заупрямиться и не пустить внутрь.

На улице хозяйского «Аргуса» и одного из внедорожников не было. Но Лора и парни из второго бронированного монстра терпеливо ждали моего возвращения.

— А я думала, ты уже там всех передушил, — ухмыльнулась рыжая, накручивая на палец тугой локон. — Даже скучно стало.