Книга Принцип равновесия, страница 40 – Валерий Гуминский

— Зачем? — сразу же полюбопытствовала Настя. — Можно, я с тобой? Хочу тётю Алевтину проведать.

— Поехали, — согласился я, вставая. — А вы, красавицы? Желаете проветриться?

— Нет, мы лучше похозяйствуем дома, — отмахнулась Мирослава. — Эта старушка на меня жуть наводит. Ты, кстати, на вопрос Насти не ответил. Зачем тебе сейчас встречаться с Комаровской?

— Знаешь, я всё-таки решил разобраться в истории с Пронскими. Подумал, а если удастся найти компромат на Долгоруких? Вдруг он существует в природе? Ну не зря же маги на пепелище копаться приехали!

— Никак не угомонишься, — вздохнула Мира. — Езжай. Только когда будешь искать тот самый компромат, всегда помни о сыне и о нас, твоих женщинах. Чтобы не сделать смертельную ошибку.

— Я постараюсь быть предельно осторожным, милая, — твёрдо пообещал я, поцеловал Миру и Алику, и вместе с Настей покинул кабинет.

Глава пятая

Наш приезд для графини Комаровской оказался неожиданным. Конечно, в приличном обществе принято заранее договариваться о визите, но Настя убедила меня, что тётушка никогда не обращала внимание на подобные условности. Она, наоборот, радовалась внезапным гостям больше, чем запланированным, если так можно было сказать. Несколько лет назад я уже был в гостях у тетушки своей супруги, но тогда мне пришлось заранее договариваться о встрече. Поэтому полностью доверился Насте. Надеюсь, графиня действительно не осерчает.

Особняк Комаровских находился в тихом районе Варварки, окружённый нетронутыми островками парков. Когда наша машина остановилась перед знакомыми решетчатыми чугунными воротами, украшенными змеями, пожирающими собственные хвосты, в голову снова пришла мысль, что не зря Алевтина Георгиевна слывёт экстравагантной дамой, и глядя на её дом, можно было с этим согласиться. Как-то в прошлый свой визит у меня не было настроения внимательно разглядеть это удивительное строение.

Трёхэтажный особняк сочетал в себе несколько архитектурных стилей, искусно переплетённых между собой: от барокко до неоготики и модерна. Острые шпили, витражи с абстрактными узорами и балкончиками, оплетёнными чёрными металлическими розами, соседствовали с изящными башенками и идеальными формами и линиями первых этажей.

— Пусть я здесь уже второй раз, но до сих пор впечатляет, — признался я, когда мы замерли возле калитки, не торопясь открывать её. — Кто был безумным архитектором?

— Точно не знаю, но тётя Аля рассказывала, что ещё дед её мужа выписал из Европы какого-то малоизвестного мастера, помешанного на сочетании различных стилей. Вот и получился «каменный выкидыш». Это не мои слова, — рассмеялась жена. — Сама графиня так называет свой дом.

— Не любит его?

— Может, и так, — Настя вздохнула и аккуратно толкнула калитку, которая с тихим скрипом распахнулась внутрь. — Тётушка никогда не закрывает ворота, только на ночь. Так что можешь смело наносить визиты в любое время с восьми утра до одиннадцати часов вечера.

— Графиня сразу показалась мне весьма оригинальной дамой.

— С ней мало кто уживается, — тихо рассмеялась Настя.

Мы шли по выщербленной от времени дорожке мимо голых клумб в обрамлении кладок из дикого камня, мимо голых кустарников, раскачивающих прутики веток на лёгком ветерке, мимо замершего фонтана, чья чаша была до сих пор закрыта деревянным щитом. Как ни странно, неухоженность, окружавшая нас, смотрелась органично и нисколько не отталкивала.