Книга Ступени над Бездной. Том 1, страница 149 – Баобэй Мэйжэнь

Жо-эр не выдержал и пропищал:

— Моя матушка теперь здорова, цзецзе? Ее болезнь, куда она делась?

Цин Лянь сделала над собой неимоверное усилие и повернула к нему голову:

— Да, теперь твоя матушка здорова. Но пусть несколько дней отдохнет. Я приняла ее болезнь на себя.

Юй-эр вступилась:

— Госпожа, не разговаривайте, вы устали.

Жо-эр округлил глаза:

— Получается, ты теперь болеешь вместо моей матушки?

Юй-эр ответила вместо Цин Лянь:

— Глупости не болтай, моя госпожа не может болеть! Все болезни, которые она забирает у больных, сгорают в ее духовном ядре. Это приносит моей госпоже большую боль, во сто крат превосходящую боль ее пациентов! Поэтому не докучай ей болтовней, а принеси чаю.

— Это пустяки, – тихо произнесла Цин Лянь, улыбаясь сквозь боль. – Я сильнее, чем кажусь. Боль – это поистине ничтожная плата за спасенную жизнь.

Мать Жо-эра смотрела на свою спасительницу с круглыми глазами, не в силах поверить в то, что теперь здорова. Юй-эр тут же распорядилась:

— Хозяйка, мы останемся здесь, пока за окном бушует метель и пока моя госпожа не почувствует себя лучше.

Хай Минъюэ мельком глянул на Бай Шэнси. Юноша стоял не шевелясь, бледный и пораженный силой хрупкой девы. В его черных глазах горело восхищение, точно сама богиня Гуаньинь явилась перед ним в своем золотом сиянии милосердия. Биение его разгоряченного сердца заставляло тонкие серебряные подвески на его броне звенеть, словно ветряные колокольчики.

Ши Хао склонился к уху Хай Минъюэ и прошептал:

— Ну так что, спорим? Ставлю любое желание на то, что он в итоге на ней женится.

Хай Минъюэ снисходительно улыбнулся. Ши Хао, естественно, выбрал самый вероятный исход.

— Ладно. Я ставлю желание на то, что отпустит с двоюродным братом.

— По рукам!

* * *

Спустя несколько часов метель миновала, и юноши вышли из дома Жо-эра прогуляться по деревне. В славную погоду жизнь в деревне закипела. Там оказался и рынок, и несколько таверн, даже постоялый двор, и все жители, с охотой занимающиеся каждый своим делом, были улыбчивыми и радушными.

— Если жители Великой Шуанчэн такие приветливые, почему в столице толпа так несправедливо обошлась с мальчиком? – спросил Хай Минъюэ у Бай Шэнси, когда молодые господа уселись в таверне погреться и пропустить по чарке вина за знакомство.

— В столице, особенно на рынке, много приезжих из других государств, – ответил Бай Шэнси. – Коренные жители Великой Шуанчэн не любят вступать в ссоры и стараются наладить дела мирным путем. Сейчас не самое спокойное время. Помимо того что много иноземных учеников, приглашенных на состязание Чжуцзи, остановилось в столице, в Великой Шуанчэн процветает торговля с множеством государств, чьи жители приехали сюда на заработок. И хоть они соблюдают строгие законы государства, у них все же другая культура и мировоззрение.

— Как, например, у принцев из Байлянь, не так ли? – усмехнулся Ши Хао. Хай Минъюэ не знал, плакать ему или смеяться при упоминании этого позорища его нации.

Бай Шэнси тяжело вздохнул:

— Ах… принцы из Байлянь. Безусловно, особенные гости. Но, как хороший хозяин, я должен найти подход к каждому особенному гостю. Надеюсь, о них хорошо позаботятся в Доме Райского Наслаждения.

— Ты отправил их в бордель? – воскликнул Ши Хао и засмеялся.