Книга Отель Перекресток, страница 47 – Андрей Васильев

— Времени нет, — на ходу отговорился тот. — Работа же!

— Да ладно, по-братски! — умильно заулыбалась ему моя напарница. — Сегодня ты нам, завтра мы тебе! В одной лодке сидим-то!

— Если только по-братски, — тормознул парень.

— Человечище! — ласково произнесла Инна и, когда мы подошли поближе, чмокнула его в щеку.

— Во, сто рублей мне дал, — засмущавшись, показал он нам купюру. — Прикиньте!

И правда — «сотка», довольно мятая. Все в наличии — и Большой театр, и квадрига, и возница.

— Так чаевые, — пожал плечами я. — Традиция.

— Но не рубли же?

— А ты чего ждал?

— Не знаю, — призадумался наш собеседник. — Хотя… Все равно тратить не на что.

— Это сейчас, — заметил я. — А дальше — кто знает. Договор читал? По нему нам зарплата положена. Чего ее платить, если никак не получится расходовать? Кстати — Артем.

— Виталик, — пожал мою руку парень. — А, нет! Забыл. Роман я теперь.

— Ром, чего внизу-то? Народу много прибыло?

— Ну, так, — покрутил пальцами в воздухе новый знакомец. — Человек восемь видел. Этот, кстати, наглый как танк, всех растолкал, орал, что ВИП-клиент в этой сети отелей и ждать не собирается.

— О как! — удивился я.

— Так все охренели, — засмеялся Рома. — И гости, и администраторы, и даже мы маленько, несмотря на все сегодняшние душевные потрясения. Он под шумок первый и оформился. А по факту никакой он не ВИП, зуб даю. Просто борзый сильно. Я таких у нас в Воронеже видал. Понтов много, а копни — никто и звать никак.

Воронеж. География мест проживания коллег расширяется.

— А ты как, при этаже сразу был или не повезло? — за каким-то лешим спросила Инна. Ну не самая же нужная информация.

— Не повезло, — охотно ответил парень, — но ничего и не потерял. Мы с Анфиской, это помогайка моя, сразу на первом очухались. Даже не в комнате какой, а прямо на диванах, в холле. Теперь вот не знаю, где спать буду. Там же, что ли? Буду эдакий гостиничный бомж.

И он заразительно засмеялся.

— Ладно, с вами здорово, но мне вниз надо. У нас, швейцаров, за главного Георгий Георгиевич, сильно лютый дед. Цербер и то добрее.

— Цербер? — стрельнула в мою сторону глазами Инна. — Ты о ком?

— Да о Лаврентьевиче. Кто-то из наших ему это погоняло уже навесил. Как по мне — точнее не скажешь.

Да блин, так и знал, что этим кончится! Одна радость — я теперь, выходит, на какое-то время стал местным законодателем мод. Так себе достижение, но все же.

— Так вот наш — жестче. Обещает каждый вечер подводить итоги, самый ленивый, нерасторопный и недалекий будет получать от него лично минус на доску. Есть у него такое право, оказывается!

Выдав последнюю новость, Роман поспешил к лестнице, мы же побрели по коридору, обдумывая услышанное.

Значит, Георгий Георгиевич. Еще одна фигура на доске, причем влиятельная, раз имеет право творить суд и расправу. Причем я уверен — у администраторов такого права нет, а ему — пожалуйста, выдали.

Вывод? Надо будет с этим господином познакомиться до того, как я попаду под его руководство. Мало того — сделать это при первой же возможности. Но так, чтобы не показаться слишком назойливым или чересчур жополизом. Я таких дедов знаю, они подхалимаж не любят, равно как и тех, от кого он исходит.

И — записать имя-отчество в заветный блокнотик, в котором, к слову, уже пара листков заполнена. Память меня пока не подводила, но лучше подстраховаться.