Книга Тени Былого, страница 134 – Андрей Васильев

— Проклятые предметы, — предположил Коля.

— Не-а, — покачал головой его коллега. — Зачарованные. Это разные вещи, хотя поле их деятельности в чем-то совпадает. Но проклятые предметы убивают всех без разбора, а зачарованные только в определенной ситуации, при совпадении ряда факторов. В данном случае это было описание личности загадочного некто и его имя. А может, и наоборот, — сначала имя, потом описание. Или вообще что-то одно из двух, поди теперь узнай. Главное — результат: ведьма начала делиться подробностями, залезла на запретную территорию, и тут же за это поплатилась. На самом деле досадно получилось, не одень она эти цацки на пьянку, и мы знали бы больше, чем сейчас. Нет, смерть ведьма приняла бы по любому, это неизбежно, зачарованные предметы всегда выполняют предначертанное, это не люди с дырявой памятью. Но информация! Она просвистела мимо нас.

— Этот некто все очень здорово рассчитал, — задумчиво пробормотал Коля. — Задумай его подружка поделиться горем с подругой — и в разговоре непременно всплывут сделанные подарки. А с учетом того, что это женщина, цацки не просто будут в нем фигурировать, она их заранее на себя нацепит. Так и вышло.

— Именно. — Пал Палыч нехорошо усмехнулся. — По сути, он ее даже в каком-то смысле отблагодарил, понимаешь? Он ведь ей шанс предоставил, вроде как бонус за прекрасно проведенное вместе время. Промолчи — и будешь жить. Развяжешь язык — сама виновата.

— Цинично, — отметил Коля, берясь за очередной бутерброд. — Но действенно.

— Не то слово. — Михеев глянул на опустевшее блюдо. — Куда в тебя столько лезет?

— Я два дня не ел, — парировал Нифонтов. — Слушай, а как это ведьма заклятие не распознала? У них ведь чуйка на такие вещи ого-го какая.

— Молодец, — похвалил Пал Палыч коллегу. — Правильный и своевременный вопрос. Не распознала. Более того — и Марфа ничего не учуяла, потому и позвала своего давнего приятеля Арвида, который хорошо разбирается в подобных вопросах. Причем и в разделе магии, и в разделе ценностей с историей. Но и он спасовал, не смог понять, что там к чему. Но зато предложил давней приятельнице показать эти украшения одному эксперту, который всем в столице по данным вопросам фору может дать. Никто его не любит, многие побаиваются, но с вопросами на поклон идут, куда деваться. Даже наш Ровнин, уж на что его терпеть не может, и то пару раз обращался. Я его сам в прошлый раз к Шлюндту возил, видел с каким видом он в подъезд заходил, прямо как на Голгофу шел. Ну, оно и понятно — унизительно ведь. Нам его надо к ногтю прижимать, а вместо этого вот, с просьбой приходим.

— Он мне про него рассказывал, — вспомнил Коля. — И ты как-то раз тоже вроде упоминал про этого старикашку.

— Старикашку. — фыркнул Пал Палыч. — Слово-то какое подобрал. Послушай моего совета — если жизнь тебя с ним сведет, каждое сказанное слово взвешивай, каждую букву. И не дай тебе бог ему хоть что-то пообещать или от него какой подарок принять. Случится такое — точно жди неприятностей, не от него, так от Ровнина. Ладно, мы не о том. Так вот — Марфа сама к нему не пошла, у них с этим антикваром какие-то старые терки, уж не знаю на чем замешанные. Это за нее сделал Ленц, понятное дело, что не просто так, не по дружбе, а за мзду. И Шлюндт таки докопался до истины. И серьги, и колье зачарованы ведьмаком. Вернее, камни, что в них были вставлены, прошли через его руки, потому ни Марфа, ни ее подопечная ничего и не учуяли.