Книга Петля судеб. Том 4, страница 34 – Андрей Васильев

Скорее всего даже узники Гуантамо выглядели менее замученными, чем Полина и Галина Макеевы. И уж точно более опрятными. Да что узники Гуантамо, даже профессиональные бездомные, пожалуй, могли бы поспорить в вопросах личной чистоты с этими девушками. Их одежда за прошедшие дни частично поменяла фасон и была декорирована кусочками непереваренной желудками пищей, волосы, до того бесспорно аккуратно уложенные, теперь висели прядями, лица налились нездоровым желтоватым цветом, а в глазах поселилась неизбывная тоска, густо смешанная с обреченностью.

— А! А! А! – вытянула руку одна из них (уж не знаю кто именно) и ткнула в меня пальцем с обломанным ногтем – А!

— Нет – нет! – тоном, которым обычно люди общаются с теми, кого считают не самым здоровым на голову собеседником, произнес я – Не «А». Я – Харитон Юрьевич. Ха-ри-тон.

— А! А! – лицо девушки скривилось, а сбитые в кровь колени затряслись.

— Вы чего тут делали? – участливо осведомился у нее я – Зачем заперлись?

— Аааааа! – взвыла вторая сиделица и бросилась на Вику, размахивая кулаками.

— Не прикасайся ко мне! – завизжала сожительница и нырнула за мою спину – Кииииф!

Я особой брезгливостью не отличаюсь, конечно, но тут даже мне стало не по себе. Одна радость – девица все же меня бить своими кулачками, изгвазданными невесть в чем не стала, вместо этого она издала еще один истошный вопль и рванула по коридору в сторону лестницы.

— Ааааа! - жалобно проныла вторая Макеева, глянула вслед сестре, стремительно удалявшейся из ее поля зрения, а затем устремилась следом, оставляя за собой жуткую смесь ароматов. Причем именно в этот момент я заметил, что на ней юбка одета задом наперед. Почему, отчего – загадка, но так оно и было.

— Мне одной показалось, что вот эта, которая вторая, должна была себе при ходьбе руками помогать? – осведомилась у нас Таша – Просто они за два дня регрессировали до потери речи, так что это было бы логично.

— Хорошо еще что забыли, как огонь добывать – вздохнул я – А то спалили бы здание к нехорошей маме. Серег, надо бы там окно открыть.

— А чего я? –осведомился Жилин, которому явно очень не хотелось заходить внутрь.

— Кто рамы закупоривал, тот их и открывает – пояснил я.

— Тогда рыбу из сейфа Петрович достает – заявил Жилин – Если по этому принципу живем.

— Ну, такая себе аргументация – резонно заметил мой старый друг – Тогда правильнее вообще будет так – кто придумал всю эту забаву, тот и…

— А мне премию за этот месяц днями надо будет распределять – перебил его я.

— Тот молодец – завершил свою фразу Вадим – Все верно сказано.

— И смотри мне – закашлялся я – Серег, кроме шуток, распахни окна! Ну капец же! В нашем кабинете тоже все настежь и двери открыть.

— Из коридора внутрь запах попрет – возразила мне Таша.

— Зато сквозняк образуется, он все вытянет.

— Свет-то они зачем погасили? – удивился Жилин, щелкнул выключателем и тут же добавил – А, теперь понял. Я бы на такое тоже глядеть не стал. Лучше в темноте находиться.

Мне, как тому Хоме Бруту, разум шептал «не смотри», но я все же подошел к дверному проему, глянул, что творится внутри кабинета, и в этот самый момент пожалел о своей задумке. Во-первых, мне стало жалко сестер Макеевых. Ну да, они показали себя не самыми приятными особами, да и тот, кто их послал, мне точно не друг, но, по ходу, за эти два с гаком дня они прошли все семь кругов желудочно-кишечного ада. Во-вторых, это же теперь надо кому-то убирать? Тетя Маша нас точно пошлет, причем как она умеет, с многослойными загибами, а на моих подчиненных надежды нет. Ну, разве что Таша впряжется, но и то не факт.