Книга Слеза Рода, страница 107 – Андрей Васильев

— Да мне уже про это рассказали.

— Но ты позвони, — пытливо глянул мне в глаза колдун, — так надежнее. И зелье я тебе одно хорошее дам, давно у меня лежит, берег его для особого случая. Сильно редкое, оно тебя от Матвея защитит. Пусть ненадолго, но все же. Его мне ворожеи полвека назад за одну услугу отдали.

Ах вот оно что! Теперь понял. Если я ему позвоню, то уж точно с Матвеем столкнусь, он или даже они позаботятся. Напрямую меня настропалить на Верховина нельзя, чтобы под проклятие не попасть, а вот так, обходными путями — чего нет?

Так что, может, и следует к просьбе прислушаться. Матвея все одно надо убирать, чтобы после удара в спину от него не ждать. Не простит он мне того, что я его планы разрушил. Больно вреден и мстителен.

— Договор, — кивнув, пообещал я. — Интерес-то общий.

— Главное, чтобы он тебя не обскакал, — вздохнул Акимыч. — У тебя глаза два, а у него — тыщи.

— Это как?

— Вот так. Он с кем дружбу водит? С Евдокимом-ведьмаком. Как мне сказали, в последнее время то и дело к нему в гости ездит да разговоры разговаривает. А тот что?

— Что? — не выдержав, чуть повысил голос я.

— Ты, поди, с хлеба на воду перебиваешься? — ехидно осведомился у меня колдун. — Последние гроши сейчас отдашь? Что глаза пучишь? По всему выходит, что ты не знаешь ничего, а раз так, то и клиентов у тебя небось вообще нету. Слушай, бревно неотесанное: всякий ведьмак особую склонность имеет к тому или иному знанию. Один змеям точно родной, другой с мертвыми беседы ровно с живыми ведет…

— Севастьян, совесть имей! — возмутился я. — Ты, конечно, больше моего знаешь, но какие-то очевидные моменты…

— А Евдоким птицам хозяин, — перебил меня колдун. — Каких просить может о помощи, каким даже приказывать. Смекаешь, к чему я?

— Этого не знал. Согласен, бревно. А ты еще себя частил, мол, стар да глуп.

— Ну да, как-то сразу полегчало, ты, выходит, куда дурнее моего. Слабое, но утешение.

— Рад, что угодил. — Я поднял руку, подзывая официанта.

— Ты сказал, есть два вопроса, — уточнил колдун. — Второй какой?

— Чего? — Я почесал затылок. — Блин, не помню. А, да! Севастьян Акимыч, а кто такой Щорс? Он из ваших? Или чьих? Иначе отчего за ним стелется кровавый след?

Хм. Вот чего такого я спросил? Почему этот старый хрен глаза ладонью прикрыл и тяжко вздохнул?

Мы расстались там же, где и встретились. Колдун отправился обратно на скамейку, доставая на ходу из кармана недочитанную газету и стрельнув глазами в сторону что-то обсуждающих старушек, которые никуда не ушли, я же отправился к машине.

Сев в нее, я ощутил — что-то не так. Повертел головой, открыл бардачок, глянул на заднее сиденье. Да нет, вроде все в порядке. А после сообразил — время. У меня впервые после возвращения в Москву появилось свободное время. Мне не надо спешить, поскольку меня никто не ждет; нет нужды, поглядывая на часы, бормотать под нос: «Ах, боже мой, боже мой! Я опаздываю». Да, уже давно миновал полдень, но до встречи со Славой еще вагон времени, которое хорошо бы занять чем-то полезным, вот только чем? Может, в офис поехать, помочь Сеньке вещи собрать? Или в объявлениях порыться, помещение под новый офис поискать? Марина, конечно, постарается помочь, понял я, чего она так резко куда-то подорвалась, но рассчитывать на это неразумно. Возможно, ее папа на самом деле сдаст мне по сходной цене пару кабинетов в «Москва-сити», только я сам их не стану занимать. Во-первых, не для моей деятельности подобные хоромы, кое-кого из моего круга общения даже через ресепшен не пропустят. Или, того хуже, кто-то из клиентуры решит ненадолго в здании задержаться, преследуя личные цели. А спросят после с кого? Правильно, с меня. Во-вторых, не хочу ощущать себя альфонсом, а именно так в глазах Белозерова-старшего это и может выглядеть. Только-только с его дочкой познакомился, и нате вам — уже помещение нужно, желательно побольше и подешевле, а еще лучше — даром. Ну да, может, он так и не подумает или подумает, но не скажет, только мне оно зачем? Мои проблемы, сам решу. Сроду захребетником не был.