Книга Союз трех, страница 55 – Максим Шаттам

— Встретимся в час, ладно? – произнес первый голос.

— Идет. Не забудь одеяла, снаружи холодно, – ответил второй.

Мэтт подумал было, что это собираются идти в дозор часовые. Но потом вспомнил: Даг сказал ему во время ужина, что никто из дома Кракена этой ночью не стоит на страже.

— И без шума! – вновь произнес первый голос. – Давай не как вчера, а то, боюсь, Тобиас или этот новенький нас застукают!

Мэтт нахмурился. Они что-то замышляли. Однако, когда он тихо-тихо спустился по лестнице, в коридоре уже никого не было. Говорившие удалились.

Наконец он добрался до своей комнаты и лег, не задувая свечу. Он смотрел в потолок. Сколько всего интересного и таинственного на этом острове! Потом, чувствуя, как тяжелеют веки, Мэтт задул пламя и повернулся на бок: он слишком устал и поэтому прогнал мысль проснуться в час ночи и понаблюдать за тем, что будет происходить.

Тайны немного подождут.

В течение трех следующих дней Мэтт чаще всего находился в доме или ненадолго выходил наружу, помогая ребятам обрезать корни и лианы. Это нужно было делать ежедневно, иначе узкие тропинки совсем исчезли бы в гуще растений. Побеги разрастались с невероятной скоростью.

Он не стал никому рассказывать об услышанном в коридоре обрывке разговора, желая побольше узнать о каждом обитателе дома. Он ходил понемногу, чтобы его тело не уставало слишком быстро. Плюм часто сопровождала его, и все говорили Мэтту, что никогда раньше она так часто не заходила в дом. Мэтт чувствовал: Плюм точно его собака, не осталось никаких сомнений. Но вот что странно: пока Мэтт находился в коме, она действительно выросла еще больше. Теперь она доходила мальчику до плеча и стала самой большой собакой, какую он когда-либо видел в своей жизни.

Даг больше не противился упрямству своего пациента, хотя ему казалось невероятным, что кто-то может так быстро восстанавливаться после пяти месяцев, проведенных в постели. Мэтт предположил, что так происходило потому, что изредка, находясь в коме, он все-таки вставал, чтобы сходить в туалет, хотя и делал это как лунатик, но это не убедило Дуга.

Мэтт познакомился и с другими пэнами, обитавшими на острове. Митч, паренек в больших очках, обожал рисовать и в свои тринадцать лет за несколько минут мог украсить рисунками любую поверхность; мускулистый Серджо обладал вспыльчивым характером; бездонные голубые глаза красавицы Люси вызывали хихиканье старших ребят. Но к своему огромному сожалению, ему пока ни разу не удалось снова увидеть Эмбер. Мэтт также узнал, что в глубине острова живут еще группы подростков и те, что помладше, держатся особняком: однажды Мэтт заметил трех мальчуганов, болтавших между собой так, словно они составляли отдельную сплоченную группу.

Вечером на пятый день после выхода Мэтта из комы в большом зале Кракена собрался большой совет – он уже знал, что пэны редко произносят слово «дом», заменяя его просто именем чудовищного спрута.

Мэтт наблюдал за сбором участников совета с высокого балкона. Зал наполнялся понемногу, каждый вновь прибывший брал стаканчик и занимал один из множества стульев, расставленных вокруг массивного деревянного стола. Мэтт спросил себя, стоит ли ему присоединиться, но в итоге предпочел остаться наверху, откуда ему открывался отличный вид.