Книга Союз трех, страница 52 – Максим Шаттам

— Вам, наверное, чертовски одиноко?

Тобиас в ответ покачал головой:

— Нет, это не так. Здесь все как в настоящем лагере скаутов. Столько всего приходится делать, что грустить некогда.

Мэтт вздохнул, стараясь подавить боль, заполнившую все тело, прогнать ее из глаз и горла, хотя бы немного смягчить.

— А третий вид? – спросил он. – Ты сказал, что существ всего три вида?

— Жруны. Они сбиваются в небольшие стаи, и мы заметили, что они чрезвычайно ловки и хитры. Не спят где попало и умеют пользоваться оружием.

— Агрессивные?

Тобиас кивнул:

— О да! Даже больше, чем люди! Встречая на своем пути ребенка или взрослого, они пытаются его убить. Взрослые делают не совсем так, они более коварны: похищают детей и эти дети пропадают бесследно.

— Они нас похищают?

— Да, многих. Взрослые нападают стаей и стараются поймать как можно больше детей. Те, кого они схватили, никогда не возвращаются обратно, это все, что мы пока знаем.

— А часто это происходит? – спросил Мэтт.

— Все чаще. Здесь немного спокойнее… нет взрослых, и они пока не нападают на остров. Но в лесу полно опасных существ.

Мэтт вытаращил глаза. Теперь все вправду стало совсем иным. Наверное, если бы он не пережил Бурю и не спасся бегством из Нью-Йорка, он бы не поверил ни единому услышанному слову.

Не вдаваясь в детали, Тобиас рассказал другу о непонятных, внушающих ужас существах, блуждающих по ночам в лесу за рекой. Потом добавил, что во время Бури спаслось довольно много детей – маленьких и постарше. Согласно свидетельствам это были как совсем малыши, так, например, и семнадцатилетние, иногда даже восемнадцатилетние подростки. Выжившие стали собираться в отряды по всей стране. По десять, двадцать, пятьдесят человек. До Тобиаса дошел слух, что где-то есть деревня, в которой живет более сотни подростков!

— Что значит – слух? – спросил Мэтт. – Разве это возможно, если нет телефона, радио, никакой связи?!

— Возможно благодаря долгоходам, – пояснил Тобиас. – Все началось с одного парня с запада, из довольно большого поселка. Он захотел повидать других, узнать, есть ли еще выжившие, и принялся путешествовать по всему штату, от лагеря к лагерю. Он называл себя долгоход – вестник надежды! Его примеру последовал другой мальчик, который направился в противоположную сторону. Затем – еще десятки. Они бродят по всей стране, отыскивают поселения типа нашего и пересказывают нам все новости об уцелевших.

— Они… сумасшедшие… В пути ведь очень опасно!

Тобиас пожал плечами.

— Именно поэтому все придерживаются правила: встречать долгоходов гостеприимно. Их кормят и дают им ночлег в обмен на одну-единственную вещь: рассказы о том, что происходит в остальном мире. Судя по последним сведениям, там есть еще около сорока пэновских поселений.

— Пэновских? – переспросил Мэтт.

— А, да! Мы теперь так себя называем. Дети и подростки, живущие вместе, создают пэновские поселения. Сначала было непонятно, какое имя выбрать, слишком разного возраста тут дети. Но затем один из долгоходов принес нам новость, что на западе страны теперь используют это название – в честь Питера Пэна.

— Мальчика, не желавшего взрослеть, – добавил Мэтт.

— Точно. Взрослые стали злее, никто из них не собирается нам помогать, они лишь пытаются похищать нас и куда-то уводить с собой. Они холодные и жестокие. Мы называем их циниками. Ну вот, главное ты теперь знаешь…