Книга Союз хищников, страница 25 – Максим Шаттам

Обезумевший клоун возбужденно зашевелил пальцами, и стук шприцев заставил Алексиса оглянуться.

Краем глаза он успел заметить, что рука с торчащими иглами уже занесена над ним.

Локоть жандарма ударил клоуна в рот с такой силой, что раздался треск, словно разбилось что-то фарфоровое. Мужчина согнулся пополам, выплюнув струйку липкой крови и несколько осколков зубов.

Тут Алексис разглядел шприцы, примотанные к пальцам клоуна коричневым скотчем. Не желая рисковать, он сразу заломил ему руки и сомкнул наручниками за спиной. Удивление и шок вскоре рассеялись, раздались крики связанного.

Человек стал выворачиваться, но Алексис прижал его к стене, стараясь не пораниться.

— Не двигаться! – скомандовал жандарм.

Людивина снова взялась за рукоять оружия, нервно приглядываясь к двум другим входам в комнату.

Мужчина снова завопил на разрыв голосовых связок. Это был безумный крик. Крик связанного животного, чующего близкую гибель. Невыносимый звук, словно ввинчивающийся в барабанные перепонки.

— Тихо! – прикрикнул Алексис. – Эй, ты! Замолчи!

Но голос клоуна перешел в хрип.

— Проклятье, да он не в себе! – выругался молодой жандарм, указывая на трубки крэка.

— Алекс, я думаю, здесь есть кто-то еще. Он ведь не мог вколоть это все себе одному!

— Ты видела, в каком он состоянии? Я бы не удивился.

Крик внезапно перешел в плач. Глубокие, отчаянные рыдания.

— Ты успокоишься или нет? Послушай, все, что мне нужно, это информация о парне, который тут отсиживался. Ты меня слышишь? Эй!

Алексис встряхнул наркомана за ворот и посильнее прижал лицом к стене, чтобы разом прекратить истерику и заставить себя слушать.

— Я хочу, чтобы ты рассказал мне о Жозефе Селима. Потом я тебя отпущу, понял?

Но парень все так же хныкал.

— Черт, – выпалил Алексис.

— Мы ничего от него не добьемся. Привяжи его вон к той трубе, мы его обыщем.

Жандарм оттащил незнакомца к стене и пристегнул пластиковыми стяжками к двум железным трубам, проходившим внизу.

Он похлопал парня по щекам, чтобы привлечь его внимание.

— Жозеф? Припоминаешь? Жозеф Селима? – спросил он громче, чтобы заглушить рыдания.

При этих словах в соседней комнате что-то опрокинулось, и кто-то со всех ног пробежал по этажу.

На площадку выскочила фигура.

Тут же следом бросилась Людивина.

— Лулу!.. – крикнул Алексис, пытаясь ее удержать.

Напрасно. Девушка уже вылетела из комнаты, она быстро двигалась, быстро реагировала. Ей удалось схватить беглеца за капюшон толстовки, когда тот выскочил на лестницу, и резко дернуть к себе. Остановившись на полном ходу, он тут же развернулся, наугад выбрасывая кулак. Людивина отбила его рукой и нанесла ответный удар правой в скулу.

При этом ее нога поднялась, а колено врезалось нападавшему между ног – тот согнулся от боли. Потом взметнулось другое ее колено, но попало не в печень, а в таз. В следующий момент Людивина уже держала в руке наручники. Она обездвижила незнакомца, застегнув их на его запястьях, и сразу поставила его на колени.

Она тяжело дышала, скорее от стресса, чем от физического напряжения. Несколько светлых прядей выбились из-под резинки, которая стягивала их в наспех сооруженный пучок, и теперь качались у нее перед лицом, как стрелка метронома. К ней постепенно возвращалось спокойствие.