Книга Постоянство хищника, страница 145 – Максим Шаттам

Это не совсем точно. Я уже была такой, слегка бронированной. Смерть Алекса только подтолкнула меня укрепить доспехи. Заперла в себе, отрезала от эмоций.

Людивина, способная влезть в голову преступника, думать, как он, угадывать его потребности – и при этом такая далекая от собственных чувств.

Уже все иначе. Я работала над собой…

Она прошла долгий путь. И Марк ей очень помог.

Что до того, почему Алекс ей привиделся…

Ты прекрасно знаешь, почему думаешь о нем. Потому что он умер, делая то, что сейчас делаешь ты. Проверял зацепку в одиночку, слушая интуицию, а не протокол.

Вот только она еще не нашла Джонни Симановски, Харона III. Найдет – доложит командованию, и пусть работают соответствующие подразделения. Она нужна для того, чтобы составить профиль или дать им направление. Для этого нужно попотеть.

Забудь об Алексе.

И все-таки Людивине померещилось его лицо в белом облаке. Но, конечно, это ерунда. Она покачала головой.

Ты бредишь.

Или это знак. Тогда нужно его прочесть и истолковать. О чем Алекс мог бы ее предупредить?

Совсем обалдела? Поверила в видения?

Недавно она была на кладбище, чтобы дать ему знать: ты не забыт. Она не сняла со связки ключей брелок «Нью-Йорк джайантс», его подарок. Она им дорожила.

Людивина открыла окно, чтобы впустить свежий воздух, и это помогло, прояснило мозги. Навигатор сообщил, что она почти у цели. Поселок на южной окраине Бордо. Уединенный дом.

Естественно. Он каждый раз выбирает такой, верно? Это его критерий. Соседей нет, стены толстые. Как часто он переезжает, заметая следы? Каждый год? Раз в два года?

Последний поворот. Бывший дом Джонни Симановски стоял в тупике: на въезде сельскохозяйственный склад, с другой стороны водонапорная башня, а дальше ангары местной свалки. Дом прятался за крошечным перелеском и пустырем, на котором среди мусора стоял шест с табличкой «Свалка запрещена».

Занятно, но Людивина заметила, что там, где Симановски, часто есть водонапорная башня. Это для них обязательное условие? Какая-то особая символика? Доминирующий фаллический символ, но наполненный водой, основой жизни, женской по своей природе… Чересчур глубоко копаешь. Это всего лишь дурацкое совпадение.

Дом из красного кирпича не первой свежести окружала невысокая ветхая стена. Скорее всего, в начале двадцатого века это была небольшая роскошная летняя резиденция бордоской аристократии – должно быть, много раз переходила из рук в руки и с каждой сделкой спускалась на ступеньку ниже по социальной лестнице. Облезлые ставни висели на перекрученных петлях. Сад больше походил на пустырь с сорняками. Людивина заметила длинный гараж, примыкавший к низкому зданию. В глубине стоял серый сарай, следы шин указывали на то, что там регулярно паркуют автомобиль.

Первой странностью, которую заметила Людивина, выйдя из машины, оказался широкий скотч на почтовом ящике. Неудивительно, что корреспонденцию возвращали… в эту минуту она не думала ни о чем, кроме грядущего разочарования: дом пуст и некому рассказать, куда подевался Джонни Симановски.

Дверного звонка не оказалось. Пришлось толкнуть ржавую калитку и постучать в дверь под растрескавшимся козырьком.

При других обстоятельствах она бы все поняла по этому куску пленки. Джонни, получив уведомление из ветеринарной клиники, сообразил, что оставляет след, и сделал так, чтобы о нем забыли. Увы, каждое из пережитых разочарований подрывало уверенность Людивины в собственных суждениях, а желание, вернее, навязчивая идея спасти Хлою Меньян заставляла ломиться вперед, не давая себе времени подумать.