Книга Кости и цветы, страница 76 – Ярослав Заболотников

— Тогда по твоему лицу я бы так не сказала.

— Ну, подумаешь, растерялся немного. Глядя на тебя, давно пора понять, что внешность обманчива. Вся такая хрупкая, в платьице, а дохляков накрыла огнём как заправский маг.

— Мною правило раздражение. Я очень чувствительна к запахам. В случае такого зловония свести восприятие к человеческому — лишь отсрочить рвотные позывы. Уж прости за откровенность.

— Да ничего… Только почему раздражение? Ты ведь, как и мы, впервые видишь зомби. Вот скажи, прям не страшно было и мысли не закралось, что они тут неспроста?

— Рэкси, когда видишь летящее навстречу дерьмо, ты сперва увернёшься, а уже потом будешь искать кидавшего, — решила поучаствовать в разговоре северянка.

— Н-да, и не поспоришь…

— Сравнение в точности передаёт всю гадливость ситуации, — от воспоминаний Лайла насупилась. — Потому мне не было дела до сохранности лишённых разума слуг колдуна и его мнения по этому поводу. Ошиблась я только с принадлежностью оных.

— А сколько вообще седой хрыч таких наплодить может? — посмотрел на вампиршу ассасин.

— Главной мерой служит мастерство. Раз он теряет контроль уже над двумя, то угрозы не представляет. Сказала бы я, что у Хьяра за плечами армия, а пара дезертиров — случайная оплошность, но тогда бы он не пытался сгладить конфликт разговором. Впрочем, неудачная телепортация — ещё одно тому доказательство.

— Ясен пень. С такими «отступлениями» только врагов наживать, — Рэксволд усмехнулся. — Пол оружейной лавки можно было ему в спину всадить, пока он отдуплялся… А что там про переполненный тёмный источник? Небось, желтоглазка постарался?

Мысль о том, что Леонардо не утратил бразды правления, а короновал Тьму, оказалась до внезапности свежа — на лицах обеих девушек мелькнуло беспокойство. Но если Лайла волновалась о судьбе мира, то Эрминию тревожил незримый поводок, который в определённом положении превращался в петлю висельника.

— А ты как думаешь? — Рэксволд глянул на молча ехавшего следопыта, что периодически посматривал в траву. — Джон.

— М?.. — растерянно оглянулся тот.

— Мы вообще-то тут важные вещи обсуждаем. Что там внизу такого интересного?

— Да какие-то непонятные выделения встречаются. Жёлтая слизь на растениях. Вон, как там, — Джон указал на курчавую крапиву, отличавшуюся от эльтаронской мятыми по краям листьями, что тяготели от мутных капель.

Лайла подъехала к жгучему кусту. Выбрала взглядом заляпанный желтизной лист. Вызвала искру. Слизь вспыхнула — листок потемнел и скукожился.

— Не может быть… — внимательный взор вампирши облетел луг и полоснул лесную опушку.

— Существо? — следопыт, как и остальные, тоже начал озираться.

— Кислота хептикуса. Горючая и почти не имеющая запаха, из-за чего я не распознала её среди цветочных ароматов. Только этот вид… давно вымер. Последняя встреча с его представителем упоминалась в летописях за несколько веков до моего рождения, — Лайла уставилась на Джона. — Как долго ты наблюдаешь следы?

— Минут пятнадцать, наверно, уже попадаются.

— Скверные новости. Мы проигнорировали сторожевые метки и заехали на его территорию.

— Что, опять⁈ А есть магическая гадость, которая земли себе не присваивает? — в сердцах воскликнул ассасин.

— Надо быстрее у…

— Поздно, — суровый голос северянки пригвоздил план отступления, а затем его окончательно растерзал рык мефита.