Онлайн книга «Древняя кровь»
|
— Ну… история может быть не до конца правдивой, — нащупал слабое утешение Джон, неспешно вращая в пальцах соломинку. — Правда? — с иронией спросила Лайла, после чего продемонстрировала острые клыки. — У вас есть другое объяснение, почему я такая? Почему я до сих пор жива, а не покоюсь рядом со своей матерью? — никто ничего не ответил, и она вновь почувствовала бегущие по щекам слёзы. — Так я и думала. Мне нужно побыть одной. С этими словами вампирша пошла прочь. Она добралась до середины поросшего бурьяном поля и пропала из виду, вероятно, сев в траву. Проводив её взглядом, Джон тоскливо сказал: — Действительность беспощадно ломает наши жизни, независимо от того, с какой стороны мы на неё смотрим. — Признаюсь, я тоже больше ни в чём не уверен, — устало вздохнул Рэксволд. — Единороги… мантикоры… какие-то мефиты… Что, чёрт возьми, творилось с миром четыре века назад? — Эх, хотел бы я это всё увидеть воочию, — с грустной мечтательной улыбкой произнёс Алан. — И желательно не упасть в обморок… — Нет, спасибо, — пренебрежение ассасина походило на плевок. — Я и так не могу переломить устоявшееся мировоззрение. У меня минуту назад перед глазами сидела древняя принцесса-вампир, рассказывавшая про свою жизнь в грёбаной сказке. Сейчас, когда она ушла, я склонен верить в то, что мне на голову упала большая ветка, из-за которой временно помутился рассудок. Следопыт продолжал смотреть в сторону поля: — Для неё всё это не меньшее потрясение. Может, сходить за ней? — Я понимаю твои порывы, Джон, но чем ты тут поможешь? — Рэксволд оторвал ещё один кусок крольчатины. — Дай ей время собраться с мыслями и хоть немного успокоиться, — он закинул мясо в рот и многозначительно взглянул на воина: — Если, конечно, ты не преследуешь цель усугубить истерику. Тогда план вполне сносный. Дерзай. — Пожалуй, ты прав… — скрепя сердце согласился следопыт. — Пусть побудет одна… Путники продолжили трапезу, перекинулись парой фраз о предстоящем маршруте и смолкли, отстранённо слушая пение цикад. Вдалеке догорал закат. Заходился алым заревом. Бросал пламенные взоры на выплывшую из синевы бледную луну, что с каждой минутой всё выше взбиралась на темнеющий небосклон. * * * На Басторг опустились сумерки, а вместе с ними город захлестнула волна страха. Тревожно протрубивший рог объявил о начале комендантского часа. Это означало лишь одно: несмотря на позднее время, разбойница по-прежнему была на свободе. Запершиеся в домах люди шёпотом обсуждали ужасы минувшего дня. Они неохотно открывали двери даже блюстителям закона, боясь увидеть на пороге безнаказанно разгуливавшую убийцу. Лишь грубые мужские голоса и лай собак убеждали их отворять плотные засовы, позволяя патрульным осматривать жилища. Подобных мер здесь не помнили со времён гражданской войны. Равно как и скрипевшую в полумраке телегу, что собирала трупы, оставляя за собой цепочку кровавых капель и бередя память старожилов о давно забытой эпидемии чумы. Как и тогда, погибших незамедлительно убирали с улиц, но время от времени в узких дворах и тёмных закоулках попадались ещё тела. Застывшие в неестественных позах, брошенные перепуганными близкими, они одиноко лежали на холодном камне мостовой. И пока гробовщики делали своё дело, конвойные следили, чтобы сотворившая всё это не шагнула из тьмы навстречу новым жертвам. В отличие от той же чумы, поражавшей плоть и скрывавшейся в дыхании больных, она могла быть где угодно. |