Книга Вызов брошен, страница 18 – Джон Демидов

«Скорпионы», «Буревестники», и даже какой-то экспериментальный «Дракон»… Они идут на штурм с таким богатым арсеналом, что при их подготовке операция по извлечению одной девушки должна быть быстрой и чистой, а когда они вернутся — их можно будет немедленно переориентировать на задачу прикрытия Сергея, тем более, они уже будут слаженной группой, побывавшей в Сиале. Идеальные кандидаты, ведь правда?

Александр Леонидович задумался, но апеллировать ему было нечем, а потому он был вынужден согласиться:

— Идея… здравая. Если операция «Клинок» и вправду будет быстрой, но если они завязнут…

— Не завязнут, — с лёгкой, почти безрассудной уверенностью парировал Роман Григорьевич. — У них есть не только мотивация, но и хорошие такие зубы! — Тут он неожиданно замолчал, и Александр Леонидович с содроганием увидел, что в его глазах мелькнула ещё одна, внезапная мысль, которую он тут же не замедлил высказать:

— А знаете, что Александр Леонидович? Давайте мы с вами сделаем ещё хитрее… Вот что нам мешает перебросить нашего нового «абсолюта», Сергея, к ребятам на «Омегу»? Не навсегда, нет… Пусть он познакомится с ними, пообщается… А вообще… — Роман Григорьевич резко наклонился над своим столом, и сделал, как ему казалось, просто превосходное предложение:

— А что, если наш абсолют поможет группе в проведении операции и поучаствует в освобождении своей сестры по классу? Он сильный, с пятью кольцами, да и опыт у него, судя по всему, не шуточный… В составе группы они вообще пройдут там как нож сквозь раскалённое масло, плюс он сразу сможет доказать свою лояльность на деле, а не только на словах.

Помимо этого группа сразу увидит свой объект в деле, привыкнет к нему, и начнет воспринимать не как капризного выскочку, а как союзника… Два зайца, Александр Леонидович! Быстрее освобождаем Соколову, и получаем готовую, сработавшуюся команду для прикрытия нашего нового актива.

Эта идея уже не просто не понравилась Александру Леонидовичу — он нахмурился так, что брови почти сошлись на переносице. Он немного посомневался, а потом всё-таки решил возразить:

— Роман Григорьевич, это… слишком рискованно. Бросать в первую же боевую операцию человека, с которым мы ещё даже договориться толком не успели? Он может не только не улучшить, но ещё и всё испортить! Нарушить план, полезть на рожон, подставить группу! Он непредсказуем!

— Вся Сиала — это сплошной риск и непредсказуемость, — холодно возразил Роман Григорьевич, после чего добавил:

— А он в ней уже не только побывал, но и выжил. Он — фактор, и игнорировать этот фактор просто напросто глупо! А вот использовать — это правильно. Мы дадим ему шанс доказать, что он с нами, а если он им не воспользуется… — Взгляд Романа Григорьевича стал совсем ледяным. — … то мы с ним будем разговаривать уже совсем в другом тоне… Собери-ка мне досье на этого соколика, Александр Леонидович… Где родился, кто родители, как учился… Ну да не мне вас учить.

После этих слов в кабинете повисло тяжелое молчание. Александр Леонидович прекрасно понимал, что спорить сейчас совершенно бесполезно, потому что когда Роман Григорьевич входил в такой азарт, его было не остановить. Да и, если отбросить эмоции, логика в его словах всё-таки была. Жестокая, прагматичная, но логика.