Книга Война за проливы. Призыв к походу, страница 148 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Император Михаил и вправду не обиделся на такое мое обращение. В его глазах заплясали веселые чертики – и я понял, что былой повеса и балагур никуда не делся, а всего лишь спрятался за личину сурового императора. При этом его взгляд не казался откровенно оценивающим – сейчас он выражал лишь дружеский интерес; и это произвело на меня хорошее впечатление, расположив к этому человеку.

— Приветствую тебя, Георгий, – сказал он, – я очень рад тебя видеть. Проходи и садись. Мы с госпожой Антоновой и господином Бесоевым как раз разговаривали о твоем будущем. И вы, девочки, – он махнул рукой моему эскорту, – тоже не стойте там на входе как суслики у норки, садитесь вон на те стулья и ждите. Разговор о вас пойдет немного позже.

Я присел на резной стул. Он был поставлен для меня заранее таким образом, чтобы сидеть как бы и вместе с остальными двумя приглашенными, но в то же время слегка на отшибе – так, чтобы все трое могли ненавязчиво наблюдать за мной. Впрочем, беспокоиться было не о чем. Ведь я находился отнюдь не во вражеском стане, а, наоборот, среди тех, кто относился ко мне самым дружеским образом. А если они меня и ругали, то только для того, чтобы настроить на путь истинный бестолковое молодое дарование. По крайней мере, находясь в обществе госпожи Антоновой и подполковника Бесоева, я постоянно ощущал именно это.

Оглянувшись, я увидел, что Анна и Феодора присели на самые кончики указанных им стульев, сложив руки на коленях – ну будто и в самом деле примерные гимназистки.

— Они действительно точно такие, как мне о них докладывали, – тихо сказал русский император, кивая в сторону «сестричек» и тепло улыбаясь, – красивые, скромные и преданные. Эх, был бы я по-прежнему поручиком синих кирасир… Ну да ладно, сейчас дело совсем не в них, а в тебе.

— Да, Ваше Императорское Величество, – сказал я, – надеюсь, я ничем перед вами не провинился?

— О нет, Георгий, – с усмешкой ответил император, скользя по мне насмешливо-одобрительным взглядом, – ты на весьма хорошем счету. Но перестань непрерывно обзывать меня Императорским Величеством. Тут это совсем не нужно. Пока мы в узком кругу, зови меня просто Михаилом, ведь мы с тобой почти равны по положению и возрасту.

— Хорошо, Михаил, – с легкостью согласился я и откинулся на спинку этого великолепного удобного стула, – я так и поступлю. Только скажи, к чему была такая спешка, что нужно было звать меня вот так, на ночь глядя, а не встретиться как белым людям как-нибудь за часок до полудня?

— Причина была, – покачал головой император, – мы с Николаем Арсеньевичем и Ниной Викторовной как раз обсуждали твое будущее и никак не могли обойтись без твоего участия…

— Да, Михаил, обсуждать будущее человека без его участия очень нехорошо, – съехидничал я. – Обычно так поступают судьи, когда выносят какому-нибудь бедолаге смертный приговор. Интересно, к чему вы приговорили меня сегодня?

— Георгий… – с твердостью в голосе произнес русский император, притворно хмурясь, – прекрати ерничать и давай поговорим серьезно. Ты же сам понимаешь, что ты наследный принц и твое будущее неразрывно связано с будущим Сербии. Если с тобой что-нибудь случится, то и твоей стране тоже станет плохо. И наоборот.

— Все зависит от тебя, Михаил, – пожал я плечами, – если ты будешь Сербии добрым союзником, соблюдающим все соглашения, то нам не страшен и черт в ступе. А если нет, если Сербию будут предавать и обманывать – то тогда и разговаривать о моем будущем просто бессмысленно, потому что оно окажется очень печальным.