Онлайн книга «Война за проливы. Операция прикрытия»
|
— Возможно, вы и правы, уважаемая Нина Викторовна, – хмыкнул Михаил, – я и сам много раз чувствовал нечто подобное. Но чувства к делу не пришьешь, поэтому мы будем исполнять свои союзнические обязательства; правда, как говорится, от сих до сих. А тот, кто вдруг решится нас надуть, потом об этом жестоко пожалеет. Впрочем, я изо всех сил стараюсь сделать так, чтобы старая германская элита, среди которой водятся такие настроения, как можно скорее состарилась и умерла, а у новой элиты, выросшей уже при Континентальном альянсе, чтобы и мысли не возникло о его разрушении. — Так будет лучше всего, – сказала Антонова, – пусть германская элита становится нашей элитой, приезжает, поступает на службу, зарабатывает регалии, а потом и оседает в России навсегда. Сибирь и Дальний Восток уже сейчас глотают малоземельных германских крестьян как древний Молох, а их дети и внуки станут уже русскими. — Кстати, – кивнул своим мыслям император, – как я понимаю, там, на Кавказе, наблюдать пролет «тунгуса» через атмосферу будет физически невозможно. Команда Белопольского сможет начать наблюдение только после того, как наш небесный странник, следуя по своей орбите, удалится на некоторое расстояние от места прохождения через атмосферу… — Наилучшие условия наблюдения пролета «тунгуса», – сказала Антонова, – будут в нашей передовой базе Северного флота Порт-Баренц, расположенной на Груманте в глубине Адвент-фиорда. И наблюдать за пролетом должны как раз не астрономы, а штурманы кораблей и артиллерийские офицеры. Точка входа в атмосферу, курс, высота цели, а также точка выхода. Было бы не вредно, пока есть время, перевести в тот район «Москву». Чем черт не шутит – быть может, если вывести ее прямо к кромке льдов, то пролетающего «тунгуса» возьмут на сопровождение ее радары ПВО. Данные, полученные в Порт-Баренце, позволят нам проверить и уточнить наблюдения, которые будут сделаны в Абастумане. И даже больше – предварительная информация поступит сюда почти сразу как случится прохождение, когда штурманы военных кораблей сверят между собой полученные данные. Несколько часов выигрыша во времени, возможно, окажутся решающими. — Да уж, – сказал император Михаил, – Грумант оказался воистину ценным приобретением. А то бы и ходили, как Ники, вокруг да около. А там одни сельдь с треской чего только стоят. Теперь любой мужичонка из глубинки, если он не пьяница и не лентяй, раз в неделю способен порадовать себя и свою семью соленой или мороженой рыбой. Тоже получается еще один хлеб, как и картошка. Если у страны есть рыба, то голодать она не будет. А норвежцы перебьются – у них свое море под боком, где той же рыбы вполне достаточно. Впрочем, это не тема для сегодняшнего разговора. Давайте-ка закругляться, уважаемая Нина Викторовна, ибо впереди дел столько, что все их разом и не переделать. 18 июня 1908 года. 19:55. Македония (Западная Румелия). Революции, даже в Турции, никогда не делаются с бухты-барахты. Принять решение начать революцию и приступить к процессу захвата власти – в действительности разные вещи. Тем более что среди турецких офицеров у революционеров нашлись не только сторонники, но и противники. — Никак нельзя нарушать единство турецкого народа в этот роковой момент, когда на Османскую империю ополчаются все соседние страны! – говорили они. – Сплотимся вокруг султана Абдул-Гамида Второго, как тридцать лет назад вокруг него сплотились наши отцы; и только когда все закончится, потребуем от него восстановления действия конституции 1876 года. |