Онлайн книга «Операция «Гроза плюс»»
|
Когда Буденный, Василевский и Шаманов покинули кабинет, вождь в задумчивости еще раз измерил его по диагонали неторопливыми шагами, и снова подошел к столу с телефонами. Он вызвал секретаря, — пригласите ко мне товарища Кузнецова Николая Герасимовича, и передайте ему, пусть он срочно вылетает в Москву… 17 августа 1940 года, 08:35, СССР. Москва, Кунцево, Ближняя дача Сталина. Адмирал Кузнецов Николай Герасимович, неожиданным звонком сталинского секретаря срочно выдернутый в Москву, в ожидании вызова прогуливался по тенистым дорожкам ближней дачи. Было тихо. Лишь где-то в вершинах сосен стрекотали ручные белки. А где-то на западе шла война, уже пали Франция, Бельгия, Голландия, а англичане спешно эвакуировали из Дюнкерка свой экспедиционный корпус. Над Ла-Маншем все чаще сплетались в огненный клубок немецкие и британские самолеты. Германский зверь готовился к прыжку на Острова. И поделом бриттам. Всего полгода назад, когда уже шла странная война с Германией, они всерьез рассматривали план нападения на СССР и массированные бомбежки Мурманска, Ленинграда и Баку. Но, то ли не успели, то ли не решились и теперь, когда на Западе воюют, на Востоке стоит, пусть и предгрозовое, но затишье. Погруженный в свои мысли Николай Герасимович дошел до конца дорожки и повернул назад. Навстречу ему, в своем знаменитом сером френче, не спеша шел сам товарищ Сталин. — Здравствуйте, товарищ Кузнецов, — приветствовал вождь адмирала, — я вижу, что вы оперативно отреагировали на мою просьбу. — Здравствуйте, товарищ Сталин, — ответил Николай Герасимович, — мне, собственно, так и ничего не объяснили… — Сейчас я вам сам все расскажу, пройдемте ну хотя бы вон туда… — Сталин махнул рукой в сторону полускрытой кустами беседки, — вам придется заниматься делом, о котором в СССР знают всего лишь два десятка людей. Нет, — ответил вождь на невысказанный вопрос адмирала, — с должности наркома военно-морского флота мы вас снимать не будем. Придется совмещать. Ну, вот мы и пришли, присаживайтесь. — Спасибо за доверие, товарищ Сталин, — Кузнецов сел на скамейку, — надеюсь, что не подведу народ и партию… — Надеетесь? — хмыкнул Вождь, — Ну, надейтесь, надейтесь. Сразу предупреждаю, дело имеет наивысшую степень секретности, и каждое лишнее слово может нанести СССР непоправимый ущерб. Мы знаем, что вы, товарищ Кузнецов, иногда излишне доверчивы к людям, и поэтому особо заостряем ваше внимание, что без моего личного разрешения вы не имеете права задействовать в этом деле кого-либо. Вы меня поняли? — Так точно, товарищ Сталин, понял, — тихо ответил адмирал. — Ну, вот и хорошо, товарищ Кузнецов, слушайте меня внимательно, — сказал Сталин, присаживаясь на скамейку, — Я расскажу о том, чем вам придется заняться… — Товарищ Сталин, — воскликнул Кузнецов, когда вождь закончил рассказ, — почему вы обратились именно ко мне? Адмиралы Галлер и Исаков, возможно, лучше бы справились с эти делом. Есть и другие специалисты. Я, конечно, приложу все свои силы, но все это так неожиданно… — Если вы думаете, что товарищ Сталин ожидал чего-то подобного, то вы глубоко ошибаетесь, — ответил вождь, — Все мы вынуждены работать в условиях жесточайшего цейтнота, а вы к тому же наш лучший адмирал, кому, как ни вам, решать, что и как мы должны изменить в программе создания нашего военно-морского флота. Мы заложили на своих верфях много современных боевых кораблей. Но я уже знаю что ни один из них так и не будет достроен. И не только из-за войны. Причинами остановки строительства были: общее моральное устаревание проектов, неправильное определение приоритетов, стратегии и мест базирования, излишне оптимистичная оценка других средств вооруженной борьбы на море. Все это привело к тому, что полноценный и современный океанский флот у нас так и не появился. |