Книга Операция «Гроза плюс», страница 126 – Александр Борисович Михайловский

— Товарищи, — сказал он, — вы находитесь на секретном объекте проекта «Гроза плюс», расположенном в далеком прошлом, а именно, шестьдесят четыре тысячи пятьсот лет тому назад.

Я — Одинцов Павел Павлович — комендант этой темпоральной площадки. Можно сказать, губернатор этих мест, военный комендант и местный генеральный прокурор — в одном флаконе. Пока технические службы будут заправлять самолет, я попрошу вас выйти из салона. Сразу после окончания заправки мы совершим облет района, в котором планируется проводить учебный процесс. Но, до этого, я предлагаю вам по топографическим картам ознакомиться с местностью и местами будущего расположения полигонов и полевых тренировочных лагерей, — Павел Павлович поправил воротник,

— И еще, товарищи, температура воздуха снаружи сейчас — плюс пятнадцать градусов, да и солнышко, надо сказать, припекает. К полудню, наверное, будет все плюс двадцать. Настоящий курорт. Так что попрошу вас оставить свою верхнюю одежду в салоне…

Полчаса спустя Василевский с интересом смотрел на проплывающую внизу землю. Верхнее расположение крыла Ан-140 давало прекрасный обзор из салона вниз и в стороны. Взлетев там, где в наше время располагался Ставрополь, самолет первоначально взял курс на восток, придерживаясь примерно линии северных предгорий Большого Кавказского хребта.

Когда же впереди показалось Каспийское море, которое в это время было значительно больше, чем в нынешнее время, самолет повернул вдоль его берега в северном направлении. Вскоре пассажиры увидели впереди огромную реку, которую товарищ Одинцов назвал Манычским перетоком, вытекающую из Каспия, и несущую свои воды на северо-запад.

Заложив вираж, самолет полетел вдоль русла, причем, по правому берегу реки были сплошные степи, а на левом встречались отдельные рощи, ближе к горам переходящие в сплошные лесные массивы. Еще через час с небольшим полета самолет достиг того места где в будущем расположился город Ростов-на-Дону. Сейчас же здесь Манычский переток сливался с Доном. Точнее, не совсем так. Это Дон, куда более маловодный, чем в наше время, впадал в широкий и обильный Маныч, чье русло постепенно изгибалось к югу, прорезая поросшую камышом заболоченную равнину, раскинувшуюся на месте нашего Азовского моря.

Чуть дальше нашего Керченского пролива Маныч-Дон впадал в Черное море, образуя обширную и густо разветвленную дельту. Там самолет заложил еще один вираж, и полетел на восток вдоль берега Черного моря, чтобы через пять с четвертью часов после взлета с аэродрома под Ставрополем, и, проделав более двух тысяч километров, приземлиться на полевом аэродроме в районе современной Гудауты. Именно там находился штаб проекта «Гроза плюс».

Ознакомительный этап был закончен. Уставших и проголодавшихся российских и советских командиров принимавших участие в этом полете, а также экипаж самолета, в отвели в укрытую под навесом летнюю столовую, где до отвала укормили, как выразился Павел Павлович, блюдами местной кухни. Получился то ли очень поздний обед, то ли ранний ужин.

Чуть поодаль, у вмурованных в каменный очаг котлах, с ножами, поварешками и прочими кухонными причиндалами, суетилось несколько, как показалось Василевскому, самых настоящих, и очень колоритно одетых негритянок. То есть, одеты они были только ниже талии — в длинные, чуть ли не волочащиеся по земле юбки. А выше на них совсем ничего не было. Только плоские, мотающиеся, как уши спаниеля, груди.