Онлайн книга «Операция «Слепой Туман»»
|
Последним, шестым, судном, захваченным нашими алчными пиратами Желтого моря, был германский транспорт «Киль», перевозящий вполне себе ценный груз — сотню германских стодвадцатимиллиметровых гаубиц Круппа и боеприпасы к ним. А также несколько тысяч пар солдатских сапог. Правда, ценность последнего груза весьма сомнительна, ибо размеры сапог вполне себе японские, и у русских будут подходить только для женщин и подростков. Произошло это буквально только что, и теперь наш караван насчитывает девять судов. Кстати, корабли идут теперь в две колонны, иначе единый кильватер растянулся бы на пять миль. А так все более-менее компактно. После захвата «Киля» майор Новиков доложил капитану первого ранга Карпенко: — Сергей Сергеевич, давай заканчивать с этим скользким делом. Помнишь, что сгубило всем известного одесского фраера? Жадность! Давай не будем уподобляться этому персонажу. У меня просто не осталось свободных людей, все раскидано по арестованным «купцам». Парни спят по два-три часа в день, и все равно их не хватает. На Киль я послал своих спецназеров, потому что больше некого. Тут еще этот пакетбот, на котором мы держим два отделения, потому что там японцы с потопленных трампов. Этих хоть за борт покидать, что ли, девать все равно некуда… — Никого за борт кидать не надо, Александр Владимирович — или придумаем что-нибудь, или поплывут с нами в Артур. Есть у меня надежда встретить тут хоть одного нормального нейтрала, да хоть из германской колонии в Циндао, и спихнуть туда всех некомбатантов. А насчет жадности ты прав, операцию пора сворачивать; как закончим разбираться с этим «Килем», так берем курс на Порт-Артур. * * * 11 марта 1904 года 07:35 по местному времени. Восточно-Китайское море, 32 гр. СШ, 124 гр. ВД. Пакетбот «Дойчланд» (Германия) Морской пехотинец Сергей Никонов, 20 лет. К этому пароходу мы подходили на «Редане», с нами наш ротный — майор Новиков. Мы и есть весь резерв верховного командования, что у нас остался. Даже старлей «Слон» — и тот на «Маргарите», вместе со спецами, наглов пасет. Укатали, значит, сивку крутые горки. Читаю надпись «Дойчланд» — ну, Германия, значит. За поход всяких кораблей навидались — и сопровождали и досматривали. Я хоть деревенский сам, но в школе учился — помню, что флаг этот, черно-бело-красный с тевтонским крестом, германской империи вроде был…. Ну, еще один немец, как и тот, что вчера брали. А сам пароход — не корыто какое-нибудь замызганное, а красавец-пакетбот — весь целиком в музей просится. Немцы народ дисциплинированный, волынить не стали, скинули нам штормтрап — и взлетели мы на палубу. Майор только головой кивнул, мы рассредоточились и взяли периметр под контроль. Привычно уже, все получается «на автомате». А там — ну чистое кино. Фрау в шляпках и платьях до полу, герры в котелках, костюмах-тройках и с вильгельмовскими усами. На американском пакетботе, ребята говорили, тоже что-то такое, но шик не тот. Янки рядом с дойчем — это как корова рядом с конем. Я в школе немецкий учил (правда, хреново, признаюсь), но что это немецкий язык, точно узнал. Майор нам только два пальца показал и в сторону рубки махнул, ну а мы сами знаем, что кому делать. Я — в рубку к рулевому, Димон, кореш мой, снаружи пост, для страховки, значит. Ну и остальные тож не первый раз — все под контроль взять, и машинное отделение, и котельное, и трюм…. Майор, с их капитаном, в капитанскую каюту зашли. |