Книга Великий князь Цусимский, страница 119 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Но это теперь уже не наше дело. В настоящий момент наша главная с Сергеем Васильевичем задача – извести под корень эсеровскую боевку. Вот уж где никакие меры не будут излишними. Это, конечно, не такие террористы, какими в нашем будущем были Басаев, Хаттаб и прочие, но разница между ними не столь значительна, как кажется. И те, и другие мечтали террористическими методами обрушить российское государство и вызвать хаос, в котором должны погибнуть миллионы. Вся разница между ними на самом деле в том, что террористам начала двадцать первого века было уже почти нереально добраться хоть до каких-нибудь важных политических и государственных деятелей. Большевики, которые были знакомы с террором не понаслышке (хоть сами его и не практиковали), уже на первом этапе существования советской власти поставили дело охраны своих вождей на такую недосягаемую высоту, что ловить там террористам было нечего. И, как говорится, мастерство не пропьешь. Демократия демократией, а «девятка» по-прежнему бдит. Вот и пришлось борцам за бандитское вольное счастье разворачивать террор против обычного мирного населения, лишая, таким образом, себя его поддержки.

Но здесь и сейчас, в начале века, все совсем не так. Отношение к террористам в так называемом «обществе» – терпимо-либеральное, как к забавным экзотическим зверькам, а на нижних этажах социальной пирамиды, где люди жаждут конкретно понимаемой справедливости, они получают полное понимание и поддержку. С террористами и революционерами якшаются элитные рафинированные либералы (вроде Гиппиус и Мережковского) и представители крупного бизнеса вроде Саввы Мамонтова. Всем этим людям кажется, что стоит снести проклятый царский рэжим – и настанет им всеобщее счастье. Ага, ща-з-з-з! Настанет, как же – но только не счастье, а такая хрень, которую мы в нашей истории проходили с восемнадцатого по двадцатый год.

Другие, не столь наивные, вроде иностранной агентуры и доморощенных чиновников-интриганов, просто используют террористов в своих интересах. Первых понять можно. Им же в этой стране потом не жить, и их единственное желание в том, чтобы она горела синим пламенем с четырех концов. Но совершенно непонятно, о чем думают чиновники и самые элитные аристократы, играющие со спичками возле бочки с порохом. Сегодня они «заказывают» террористам своих конкурентов, а завтра «заказывать» будут уже их. У таких вот Лопухиных и Рачковских мозгов меньше, чем в ляжке у кузнечика. А потом придут пока никому не известные большевики и поставят к стенке и тех, и других, после чего примутся строить из красного кирпича собственную Империю.

Но это будет потом, если вообще будет, а мы живем сейчас. И в этом сейчас нашим самым главным подарком стал захват Азефа, который был очень хорошо известен полковнику Зубатову. Фактически первые несколько дней после ареста мы занимались только им и Лопухиным, оставив Савинкова с остальными на «потом». При этом мы с Сергеем Васильевичем поделили между собой обязанности. Он в штатском, такой домашний и интеллигентный, обращающийся к подследственным на «вы», был добрым следователем. Я же – как водится, в отглаженном до хруста мундире, коротко стриженный под бобрик, с холодными и жесткими манерами кадрового военного – соответственно, был злым. Сработало это на всех, кроме Азефа. Он, едва очухавшись от контузии, которую неизбежно вызывает шоковая граната, сразу начал нам хамить, угрожая гневом некоего высокого покровителя.