Книга Разворот на восток, страница 76 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Мы знаем, – медленно произнес Сталин, – что многие ваши товарищи называют Советский Союз Красной Империей, не вкладывая в эти слова никакого отрицательного смысла, а даже наоборот, считая, что тем самым делают нам комплимент. Но почему так? Ведь в нашей памяти слово империя олицетворяет что-то отсталое, с нищетой для большинства населения и немыслимой роскошью для тонкого слоя аристократов и нуворишей.

— Наверное, потому, – сказала Антонова, – что мы воспринимаем понятие "Империя" строго в рамках политологического словаря: "Империей обозначается крупное государственное образование, объединяющее несколько стран и народов вокруг единого политического центра под эгидой универсальной идеи цивилизационного, религиозного, идеологического, иногда экономического характера…" Наш двадцать первый век изрядно удален и от вашего времени и от времен значительно более великих, чем царствование Николая Последнего. С такой временной дистанции героизм бойцов Красной Армии на полях Великой Отечественной Войны и доблесть из предков на Полтавском поле, во времена Екатерины Великой, на Бородинском поле, на Шипке и при обороне Порт-Артура выглядят одинаково священными. На наш взгляд, важны не цари и их приближенные (если это не Петр Великий или князь Потемкин-Таврический), а те, кто прокладывал дороги, строил города, защищал Россию от иноземных захватчиков и раздвигал мечом границы. А как же иначе маленькое Московское княжество, по территории равное какому-нибудь Лихтенштейну, который разглядишь не на всякой карте, примерно за пятьсот лет превратилось в крупнейшую мировую державу?

— Вы это серьезно, товарищ Антонова? – удивленно и немного раздраженно спросил Верховный.

— Совершенно серьезно, – ответила Антонова. – Вы уже прославили Петра Великого, Александра Невского, генералиссимуса Суворова, Федора Ушакова и других героев былых времен, вернули в армию погоны. Теперь пора реабилитировать и то государство, которому служили эти герои, отделив его от правящей династии. Поймите, страна без исторической преемственности – это как дерево без корней. Меняются правители и формы правления, а народ, составляющий основу государства, остается все тем же… И тут проявляется еще одна ошибка товарища Маркса. Европейский пролетариат категорически не приспособлен ни к совершению социалистической революции, ни к жизни в условиях социализма, ибо каждый порядочный европейский пролетарий готов приложить все возможные усилия для того, чтобы выбиться в ряды мелкой или даже крупной буржуазии. Главное требование европейских рабочих к владельцам заводов, газет пароходов: «делитесь, гады, а то сделаем вам как Ленин в Октябре». И это при том, что никто ничего делать и не собирался, лишь бы гады поделились сверхдоходами, полученными в результате эксплуатации колоний. Пролетариат в Российской империи, напротив, оказался настроен до предела серьезно, и в момент наибольшей слабости старой системы сумел под руководством партии большевиков совершить социалистическую революцию и защитить ее завоевания. Отсюда следует вывод, что именно Россия должна стать ядром мировой социалистической системы, поскольку ее этнокультурная доминанта имеет для этого все необходимые свойства. И точно так же, как Советский Союз является высшей фазой развития Российской империи, советский народ является высшей фазой развития русского народа, объединяющего и возглавляющего все остальные народы на пути к светлому будущему.