Онлайн книга «Низвержение Зверя»
|
Но на небесах на меня и детей, очевидно, имелись свои планы. Дни шли за днями, а наше существование все длилось и длилось. Тем временем большевистские армии, то медленно, то рывками, приближались к Мюнхену… Впрочем, мы, узники, до самого последнего момента оставались в неведении, и только нервное поведение охранников, их бегающие глаза свидетельствовали о том, что во внешнем мире происходят какие-то события, заставляющие их опасаться за свое будущее. И действительно, эти их опасения были не напрасны. Вчера вечером до Мюнхена стал доноситься глухой рокот артиллерийской канонады. Сразу пронеслась весть, что раз слышны пушки, то большевистские армии уже совсем близко, еще немного – и мы все станем свободными. Или умрем, подумала я, потому что не имела доверия к людям, убившим моего отца и брата. К тому же мой муж был видный нацист, а я, принцесса без королевства, могла доставить беспокойство этим людям одним лишь фактом своего существования. Да и Гитлер едва ли захочет оставлять нас в живых. На следующее утро (то есть уже сегодня), прямо на рассвете, узников – женщин, детей и подростков – собрали во внешнем дворе тюрьмы. Да, были тут и подростки – мальчики и девочки – человек тридцать в полосатых одеждах. Не все в Германии заворожены Гитлером: есть молодежь, которой противен нацизм и которая не боится идти на виселицы, гильотины и жертвенные алтари за свои идеи. Я подумала, что вряд ли нас собирались вывозить куда-нибудь в тыл, ведь машин нигде не было видно… Но при этом на высоком задрапированном черной тканью помосте возвышался заляпанный потеками крови походный алтарь. Это могло означать лишь одно: что нас не гильотинируют и не повесят, а принесут в жертву «арийскому богу», то есть Сатане, и сделают это по всем правилам. Мне еще подумалось, что если бы не такие особые обстоятельства, то сюда позвали бы и посторонних зрителей. Как оказалось, среди немцев есть немало людей, которые с радостью ходят смотреть на публичные казни и особенно на жертвоприношения, когда на алтарях во имя Сатаны жрецы в черном режут обнаженных женщин и детей. Вот тут-то я поняла, что это конец. Что сегодня моя жизнь и жизнь моих детей оборвется, и все мы предстанем перед Престолом Господним… Мы ждали команду храмовников СС, которая должна была подъехать как только закончит свои дела в других местах, готовились к смерти, молясь и проклиная Гитлера, а в воздухе витало ощущение перемен… Судя по громким звукам канонады, от которых вздрагивала земля, бой шел где-то неподалеку. Кроме того, в вышине, намного выше легких кучевых облачков, нарезал круги высотный русский разведчик, подобный зоркому пернатому хищнику, – а это означало, что Мюнхен вот-вот станет полем боя. И вот тут мне отчаянно захотелось жить… захотелось, чтобы пришли злые русские, спасли несчастных узников и убили самодовольных палачей из СС! И чтобы я успела своими глазами увидеть их смерть. И самое главное – я знала, что ни одному русскому солдату не придет в голову убивать моих маленьких детей, даже если они решат расстрелять лично меня как королевскую дочь и жену нациста… Мы ждали, ждали… Притихшие, мы прислушивались к происходящему, не в силах проникнуть взглядом через высокий кирпичный забор с колючей проволокой поверху. И вот по ту сторону ворот раздались гудки автомобильного клаксона. Очевидно, это были как раз были те, кого так ждали – охранники бегом бросились распахивать тяжелые металлические створки. Затем во двор въехала большая легковая машина и два огромных грузовика в черной раскраске с опознавательными знаками принадлежности к ордену храмовников СС. Из легковой машины вылез подтянутый худощавый офицер в черной форме, а из кузовов грузовиков стали спрыгивать и разбегаться в стороны увешанные оружием солдаты. Их было очень много – слишком много для того, чтобы принести в жертву сотню беззащитных и обессиливших от страха женщин и детей-подростков. |