Книга Лента Мёбиуса, страница 33 – Александр Харников

— Скажите, Александр Павлович, как виконт Палмерстон оценивает результаты своего визита в Россию? Я понимаю, что он получил от этого визита намного меньше, чем рассчитывал. Но он опытный дипломат, который прекрасно понимает, что, как вы говорите, «политика – это искусство возможного».

— Вообще-то это не мои слова, – заметил Шумилин^[16], – но ход мыслей нашего английского оппонента вы определили правильно. Уступив нам в одном, он попытается взять реванш в другом. Правда, общение с «атлантами» сделало его менее воинственным. И в этом наш несомненный выигрыш.

— Война, Александр Павлович, России сейчас не нужна. Ведь мы должны управиться со всеми нашими делами, коих столько, что по сравнению с ними пресловутые подвиги Геракла – ничто. И я не знаю, как бы мы смогли справиться с ними, если бы не ваша помощь.

— Государь, не забывайте, что за мной и моими друзьями стоит огромная держава. Что бы мы смогли, если бы наши власти отказались поддерживать своих предков?

— Я все помню, Александр Павлович. И даже не знаю, чем можно достойно отблагодарить ваше руководство за оказанную нам помощь.

— Достаточно того, что мы сумели пополнить экспозиции наших музеев картинами и иконами, не дошедшими до нас по разным причинам. В Калифорнии стараниями Виктора Ивановича Сергеева начата добыча золота. Мы, правда, помалкиваем об этом, чтобы не вызывать ненужный ажиотаж у жителей Североамериканских Соединенных Штатов, которые готовы продать душу дьяволу за это самое золото. Часть добытого драгметалла поступает в казну Российской империи, чему несказанно рад министр финансов Егор Францевич Канкрин.

— Я знаю обо всем этом, Александр Павлович, – кивнул Николай. – Но все равно, порой я чувствую себя вашим должником. Можно, конечно, присвоить вам графский титул или еще каким-либо другим образом вознаградить вас за все ваши старания. Мне, конечно, известно, что люди вашего времени мало внимания обращают на титулы и звания. Да и деньги, как я успел заметить, тоже для вас не самое главное. Скажите – что вам хочется больше всего?

«Вот возьму сейчас и попрошу императора благословить брак его дочери Ольги с моим сыном, – подумал Шумилин. – Может быть, царь и даст на это добро, а может быть, и нет. Тогда я надолго испорчу с ним доверительные отношения. А может, и навсегда. Нет, этого делать сейчас не следует!»

— Государь, больше всего на свете я хочу мира и счастья для всех русских людей, живущих и в вашем настоящем, и в нашем будущем. Знаю, что и вам этого хочется. Так будем вместе трудиться над тем, чтобы наши желания сбылись.

Николай, внимательно слушавший Шумилина, глубоко вздохнул и приобнял за плечи своего друга из будущего.

— Вижу, Александр Павлович, что мы с вами думаем и поступаем одинаково. Вы стали самым близким для меня человеком. Я сделаю для вас все, что вы у меня попросите. Я даже догадываюсь, что именно. Только давайте договоримся – всему свое время.

Как ни пытался скрывать Виктор Иванович свои взаимоотношения с доньей Исабель, но, как говорится, шила в мешке не утаишь. Тем более что предположение Сергеева подтвердилось – его Лизанька действительно была беременна. Приняв это известие как данность, Виктор Иванович при первой же возможности сообщил сыну о том, что у Николая в ближайшее время появится братик или сестра.